Воспоминания моей души, или Назад ради будущего. Том 1

Чувствовал в новой одежде себя неуютно, хотя костюм сидел как влитой, но мне казалось, что сделай я неловкое движение и фрак не выдержит и может лопнуть в самое неподходящее время. Поэтому выходил из экипажа медленно и аккуратно. Расплатившись с извозчиком прибыл по назначенному адресу. Это был внушительный особняк, сложенный из серого камня, выполненный талантливым скульптором, с выступающими фронтонами и увенчанный небольшими башенками на крыше. Окна были узкими, но длинными, особняк выглядел величественно и мог вместить в себя много народу.

Навстречу вышла сама хозяйка дома, дама приятной внешности и по лицу нельзя было с уверенностью определить ее возраст. Иногда казалось, что ей меньше тридцати, когда она улыбалась, но мелкая сеточка морщин возле глаз говорила, что женщине может быть и за сорок. Одета она была в темное платье, хорошо подчеркивающее фигуру, много кружева на рукавах и бюсте придавали воздушность и легкость ее образу. Баронесса пригласила меня пройти в залу, где был накрыт стол для чаепития.

Слуги в белых ливреях стояли поодаль, оценивая мою внешность. За столом собралось вместе со мной не более шести человек, чему я был несказанно рад. Хотелось побыстрее опозориться, и чтобы обо мне забыли и отстали навсегда. Иллюзий о том, что эти люди захотят видеть меня еще раз и впустят в свое общество я не питал. Простой мужик во мне просматривался со всех сторон, как ни крути. Скрывать свое происхождение не собирался, пришел лишь отдать дань учтивости, не более.

Меня представили, как нового актера, подающего большие надежды. Потом поприветствовал всех, кто сидел за столом, подражая действиям актеров на сцене. Разговор зашел о театре, о том, что церковь наложила запрет на светские представления в пользу религиозным, дабы не развращать умы благочестивых граждан любовью и желанием к прелюбодеяниям. Эта тема была для меня близка, и я с осторожностью выразил свою досаду, так как предыдущие премьеры куда интереснее могли раскрасить досуг благородных гостей.

Меня поддержали, но и отметили мой неповторимый образ верующего, который я играл в последнее время на сцене.

Далее передавались светские новости, я мало кого знал, поэтому в них не участвовал. Никто не стал задавать мне личных вопросов, на которые уже готов был дать честный ответ. К концу вечера я заулыбался, так как непринужденная атмосфера за столом через какое -то время позволила немного расслабиться.