Была холодная зима

Оглянулась, посмотрела на все еще стоявшего столбом Ивана, рассмеялась чарующим, колдовским смехом. На вид ей было лет восемнадцать. Теплая шаль покрывала плечи, пряди черных вьющихся волос будто приплясывали на высокой груди и спине. Манил, околдовывал шелест оборок ее цветастой длинной юбки. Иван, словно завороженный, следил за каждым ее движением.

– Иди сюда, – негромко позвала она, – не бойся.

Иван не двигался с места.

– Ну, что застыл? Хочешь, погадаю?

– Нет, – чуть слышно вымолвил Иван.

– А что так? Денег не возьму.

У тебя их нет. Но всю правду скажу.

Она стала медленно подходить к нему.

– Лулу! – во дворе раздался голос хозяина.

– Вот так всегда! – разочарованно всплеснула руками девушка. – Отец зовет. Ладно, мы еще встретимся. Я давно за тобой наблюдаю. Будешь убирать двор, посмотри на окно второго этажа. Я всегда там стою, пока ты на улице. Она проскользнула мимо него в открытую дверь, словно видение. Иван постоял еще несколько минут и вышел следом. Из конюшни он слышал, как отец ворчал на дочь, выказывая свое недовольство.

После той единственной встречи девушку он больше не видел. Она как будто исчезла из дома. Иногда смотрел на окно, как она сказала, но там все время были задернуты шторы. «Может, мне все это показалось?» – думал он. Когда Иван поселился у цыган, хозяин запретил ему выходить за ворота. И строго предупредил: никто из посторонних не должен его видеть.

Иван вернулся в свою комнатку, подошел к зеркалу и стал вглядываться в свое отражение.

«Кто я?» – снова и снова задавал он себе этот вопрос.

На него смотрел мужчина с небольшой, небрежно постриженной бородкой темно-русого цвета. Волосы отросли уже до плеч, он постоянно закладывал их за уши, чтобы не мешали. Иван еще несколько минут разглядывал себя в зеркале, а потом с досадой отвернулся: «Я даже не знаю, сколько мне лет». Снял с буржуйки почти закипевший чайник, поставил его на стол. Потом оделся, натянул на голову вязаную шапку, которую дал хозяин, и опять пошел на улицу.

Снег крупными хлопьями медленно опускался на землю.

Иван взял лопату и начал чистить дорожки, но снежинки будто пытались его опередить, тут же укрывали белым покрывалом почищенный двор.

Глава 8

Седьмой месяц беременности у Анны протекал тяжело. Отекали ноги, болела спина, постоянно хотелось лечь. Ее мама, Светлана Михайловна, переживала за дочь и старалась как можно реже оставлять ее одну. Переехав в квартиру Анны, она отлучалась только в то время, когда та спала.