Оберег

– Все, все не буду. Понимаю, ты не хочешь, чтобы я плакала.

Но отец смотрел так, будто говорил ей: «Я не об этом. Хочу тебе сказать, предупредить…» Но Алиса только успокаивала его, гладила по руке. Леонид Ильич устало закрыл глаза.

Марк сидел на стуле и молча смотрел на похудевшего тестя. «Вот как жизнь оборачивается, – думал он. – Бравый солдат, прекрасное, вроде бы, здоровье, а теперь лежит как овощ, даже сказать ничего не может…»

Вошла медсестра, попросила не утомлять больного и поставила капельницу.

Вскоре Леонид Ильич уснул.

Алиса и Марк пробыли в больнице часа три. Выйдя на улицу, оба не проронили ни слова. В машине тоже стояла тишина. Каждый думал о своем. Когда приехали, Надежда Сергеевна не вышла к ним навстречу. Дом как будто вымер.

– Боже, как непривычно. Такая гробовая тишина, – произнесла Алиса.

– Пойди отдохни, а я приготовлю тебе горячего чаю.

– Спасибо, немного попозже. Поднимусь к маме.

– Мама, – тихонько позвала она, приоткрыв дверь в спальню родителей.

– Доченька, включи свет. Я не сплю. Что-то совсем мне плохо.

– Мамочка, расскажи, как это случилось с папой, – присаживаясь на край кровати, спросила Алиса.

– Милая, это произошло неделю назад. Все было как обычно. Папа был весел, шутил со мной. И вдруг кто-то позвонил ему. Я слышала, что он с кем-то разговаривает в другой комнате, но не прислушивалась. Подумала, что по работе. Беседовали они долго. Я готовила ужин внизу, а он, завершив разговор, сразу поднялся в кабинет. Кричу ему из столовой, что ужин готов.

В ответ тишина. Я поднялась наверх. А он лежит на полу, смотрит на меня испуганными глазами и мычит! Сказать ничего не может. Я вызвала скорую, его увезли. Потом врач в больнице сказал, что это геморрагический инсульт.

– Мама, а кто звонил?

– Если бы я знала, доченька… Номер телефона не определился. Да мне тогда и не до того было. Самое плохое, что, скорее всего, надежды на выздоровление нет.

Мать заплакала и сквозь слезы продолжила:

– Что же теперь будет? Алисочка, он умрет?

– Мамочка, не плачь, тебе нельзя расстраиваться, – обливаясь слезами, утешала дочь.

Она обняла мать, обе еще долго не могли успокоиться. Наконец Алиса сказала:

– Мама, все будет хорошо. Будем надеяться. Я теперь подежурю возле папы. Мы очень нужны ему.

– Да, доченька, да. Я очень ждала тебя, ведь каждый день с утра до вечера провожу в больнице.

– Давай попьем чаю. И капелек успокоительных нам не мешало бы принять.