Когда деревья станут большими, или Синий саван

 – И не советую кому бы то ни было вставать на моём пути.

Гласеа ударила его кулаком в плечо.

– Не смей угрожать, я не враг тебе, – почти прохрипела она.

Дэрелл разжал пальцы и улыбнулся.

– Я знал, что ты поймёшь. Можно бесконечно рассуждать о том, что хорошо, а что плохо, о том, что способно помочь, и о том, что у меня нет выбора, но данное мной слово означает только одно: я выполню своё обещание.

– Прошу, Ориас, хорошенько подумай… Всего день назад тебе принадлежала вечность, а теперь эта вечность утекает, как песок сквозь пальцы.

Глава 14

Оказавшись в домике у озера, Рухнас внимательно огляделся по сторонам. На полу были разбросаны осколки зеркала, зияющая пустотой рама валялась у лестницы.

– Дилия! – позвал он. – Я чувствую тебя, где ты? – вопросил Рухнас, прислушиваясь.

Но ответом была только тишина. Полубог не видел никакой опасности, но знал – что-то недоброе произошло здесь.

Он встал в центре комнаты и перевёл внутренний взгляд в прошлое.

В каком-то смысле то, что он делал, было наитием. Сначала он услышал плохо различимые слова, потом звон стекла, и вдруг увидел Дилию, но она была не одна. На этом видение прервалось, и в тот же миг Рухнас обхватил голову руками. Вокруг всё закружилось, началась резь в глазах, заломило суставы. Сердце кольнуло так, что он, скорчившись от боли, был вынужден опуститься на пол. Приглушённый стон вырвался из глубин его существа прямо в поплывшую перед глазами комнату.

«Дилия мертва», – пронеслось в его голове.

Очередной приступ нестерпимой боли заставил полубога стиснуть зубы, чтобы не закричать. По его щеке скатилась одинокая слеза, и он упал без чувств.

Очнулся он уже вечером. Удивлённо проверив целостность своего организма, поднялся на ноги. Вокруг было тихо, боль ушла. С трудом присев на кушетку, Рухнас попытался восстановить в памяти детали произошедшего с ним, но помнил только неведомо откуда взявшуюся боль. Неожиданное твёрдое убеждение в смерти избранной вовсе не находило разумного объяснения.

Он ощутил её переход, осознание того, что Дилия не в среднем мире, напугало, но почему-то разум отказывался принять это.

– Метку мира мёртвых ни с чем не перепутаешь. Но как объяснить, где тело? – вдруг проговорил Рухнас, обращаясь сам к себе, и, встав на ноги, продолжил: – Пока я не увижу труп, я ни за что не поверю, что она покинула этот мир навсегда.

Полубог был растерян.