Последняя воля Мистера Эддингтона

Он был груб с ней только потому, что хотел наказать за дерзость, и не более.

Эдвард легонько коснулся плеча Летти.

– Вот, я принес вам одежду подходящего размера и парик, – сказал он, как только она открыла глаза. – Так вы сможете выйти со мной в гостиную не вызвав никаких подозрений.

Эдвард вышел, предоставив Летти возможность переодеться, а когда вернулся, она все еще возилась с шарфом. Наблюдая за этим со стороны, он лишь с улыбкой покачал головой и подошел, чтобы помочь. Взявшись за концы шарфа, Эдвард оказался от нее в считанных дюймах.

Глядя на герцога, Летиция не верила происходящему. Человек, портретом которого она столько раз восторгалась, сейчас стоял перед ней. Эдвард был почти на голову выше ее, чего она никак не могла предположить по изображению на портрете. Эти черные как ночь глаза, прямой аристократический нос, узкие губы и вьющиеся темные волосы, казалось, могли свести с ума кого угодно.

– Готово, – сказал он, нарушив минутное молчание.

Надев парик, Летиция стала совершенно похожа на милого молодого юношу.

– Ну вот, молодой человек, осталось лишь придумать вам имя, – сказал Эдвард.

– Как вам Лейтон? – быстро придумала Летти имя, которое более всего походило не ее собственное.

– Почему бы и нет, хорошее старинное имя, – согласился Эдвард. – Буду звать вас Лейтон Флемин.

– А вы не представитесь, – сказала Летиция. – Ведь я до сих пор не знаю вашего имени.

– Эдвард Гейлтсберг, герцог Изенбургский, – коротко произнес он.

– Рада знакомству, – улыбнулась Летти.

К этому моменту уже было около пяти вечера, и герцог предложил перед ужином спуститься в гостиную.

На этот раз Летти шла по длинным коридорам куда более уверенно, чем прошлым вечером, и тщательно осматривала интерьер. Повсюду горели свечи, хотя солнце только начало садиться. На стенах висели старинные картины, оригинальные ковры на полах, мебель явно ручной работы, расписные фрески на потолке. Все это она уже видела ранее, и оно совсем не изменилось. Все было почти так, как в музее, но чувство стало другим.

Сейчас все эти предметы наполняла жизнь, как будто все они и каждый в отдельности излучали свое исключительное тепло и придавали дому определенный уют.

– У вас очень красивый дом, – сказала Летиция.

– Да, так и есть. При жизни матушка часто собирала множество гостей. Она любила устраивать балы, званые ужины и просто музыкальные вечера.

Теперь здесь редко кто-то бывает. Разве что приезжает моя сестра с мужем.