Хамам

– Ах, вон оно что! И ты вспомнила про мужа! Вроде как где-то муж был…

– Не юродствуй! Или ты хочешь меня разозлить?

– Ничего я не хочу. Я привык проводить время в одиночестве. Гулял, если тебе это интересно. Я же не знал, что у Наташеньки разболелась голова. Иначе я бы прилетел к тебе на всех парусах. А сейчас прости, хочу спать. Ты не поверишь, но у меня тоже болит голова. Прямо эпидемия головной боли какая-то. Тебе не повезло, моя дорогая!

– Ладно, проехали. Голова, так голова. Пойду, в баре посижу.

Слава Богу, у меня голова здорова. А то отпуск скоро заканчивается.

Паша удалился в ванну. Ему не хотелось спорить, а тем более ссориться с женой. Ему хотелось просто лечь на кровать и заснуть. Он чувствовал упадок сил и опустошение. Он был даже рад, что Марина ушла и оставила его в покое. Он молил Бога, чтобы Наташа пребывала в добром здравии до конца их отпуска, и Марина меньше бы вспоминала о его существовании.

Он вспоминал все, что говорил Фатиме, и гадал, что она теперь о нем думает.

«Наверно, считает меня круглым идиотом, – с горечью думал Паша, – восточная принцесса решила развлечься от скуки, а я просто подвернулся ей под руку. Романтичное знакомство при необычных обстоятельствах сыграло свою роковую роль. Конечно, она больше не позвонит мне. Она использовала мне, и теперь забудет. И правильно сделает, зачем ей такой идиот, как я? Ни кожи, ни рожи! Самый заурядный тип, к тому же женатый. В общем, прощай, Фатима, моя восточная сказка!» Такие мысли наполнили душу Паши сумраком, и он погрузился в хандру. Что бы облегчить свою участь он попытался заснуть. Долго ворочался с боку на бок, пока наконец не погрузился в беспокойный сон.

Марина пришла под утро. От нее пахло алкоголем и духами. Запах проник Паше в ноздри, и он проснулся. Марина лежала рядом одетой и спала, слегка похрапывая. Паша прикрыл ее одеялом, снял туфли, потом оделся и направился к морю.

Было очень раннее утро, поэтому пляж был пустынным. Стройные ряды лежаков выглядели сиротливо в ожидании хозяев.

Паша даже показалось, еще немного, и они завоют как собаки, тоскливо и безнадежно.

Паша выбрал лежак возле самой кромки воды и сел на него. Лежак благодарно скрипнул. Паша подумал, что неплохо было бы сейчас оказаться на необитаемом острове… вместе с Фатимой, разумеется. Только они, море и песок… два человека в целом огромном мире. Два кусочка мироздания, притянутые друг к другу, чтобы соединиться в единое целое.