Музыкантша

 – Случайно в кармане завалялась.

– Хочу. Давай сюда. Я Эдику скажу, он потом принесет.

– Ты в туалет иди, только быстро, пока обход не начался.

– Марго, ты бы не дурила. – Люся нахмурила брови. – Детей скоро кормить принесут. И тебе, между прочим, тоже, если ты о нас не думаешь.

– Помолчи. Без тебя учителей хватает! – Марго спрятала сигарету в карман халата и пошла в туалет.

Через несколько минут она вернулась, все еще сохраняя на лице недовольное выражение.

– Твой – то что не идет? Пора бы уж… – Люся все не могла угомониться.

– Тебе то что? В командировке он. Твой ходит, вот и радуйся!

– Да ладно, Марго! Я просто так спросила, – добавила Люся примирительным тоном.

– Придет, никуда не денется. Мальчика он хотел, вот и переживает.

– Подумаешь, какой нежный – мальчика! Чем его девочки не устраивают?

– Да Бог его знает. Вбил себе в голову, и талдычит, как заведенный – мальчик, мальчик! – Марго легла на кровать и отвернулась к стене.

Эдик пришел на следующий день.

Он был со страшного похмелья, и Марго заметила это даже из окна третьего этажа. Он вяло махнул ей рукой и сказал, что послал передачу. Марго кивнула и отошла от окна – она была в послеродовой депрессии.

Тем не менее, встречать ее Эдик пришел с матерью и ее хахалем. Марго с неприязнью подумала, что у свекрови нет элементарного вкуса, и выглядит она хуже колхозной бабы. Вид у хахаля был не лучше, и Марго усмехнулась про себя, подумав, что два идиота нашли друг друга.

Эдик принес большой букет цветов и бутылку шампанского.

Он был весел, и Марго втайне обрадовалась такой перемене в настроении мужа. Выйдя из роддома, они открыли бутылку, и выпили шампанское из пластиковых стаканов. Потом сели в такси, поджидавшее их тут же, возле ворот, и поехали к ним домой.

По случаю рождения дочери Эдик устроил небольшую пирушку, пригласив соседей по коммуналке – пенсионерку тетю Валю и старого инвалида Гену. Пирушка получилась неожиданно веселой, вопреки всем ожиданиям. Инвалид Гена играл на гармони и пел, Марго подпевала ему, тетя Валя и свекровь пустились в пляс, а Эдик с хахалем матери напились и уснули на диване.

Разошлись уже под утро, когда свекрови удалось растолкать муженька и увести его домой. Девочка все время спала, и Марго даже забыла на время о ее существовании.

Утром Эдик, отпиваясь горячим чаем, спросил Марго:

– Как назвать думаешь?

– Анжелой. Нравится?

– Ничего. Где ты только такое имя откопала?

– Из романов.