Милая берлога

Разглядев её глаза, мы осознали, что из-за травмы она наверняка видит плохо, но никому этого не показывает. Вообще она очень сильная и своевольная, и как же нам это нравится.

Мой кабинет отличался сдержанностью в интерьере. Тут не было ничего лишнего. Усевшись за стол, я открыл папки, оставленные третьим заместителем, выбрал мебель в пастельных тонах под стиль нашей комнаты. Господи, она ещё даже не знает о том, кто я, а в моей голове уже такие фразы. Хотя в эту ночь я уже подсознательно оставлял место в постели для неё.

Следующий пункт в делах – это одежда. Прекрасно понимая, что малышка не будет носить что-то открытое, формировал выбор на удобстве и качестве тканей. Приобрел по несколько одинаковых комплектов отличающихся только по цвету. Если ей что-то не понравится или не подойдёт, мы можем это просто выкинуть. Не думаю, что это будет проблемой. Закончив со всеми вопросами Инны относительно нашей пары, набрал давно заученный номер.

– Доброе утро, глава. Чем могу помочь?

Он всегда знал, когда его набирал именно я.

– Доброе, Иван, есть пара вопросов к тебе. Ты можешь избавить человеческую девушку от шрамов и боли, а также восстановить травмированный глаз? И если ответ положительный, то насколько это будет травматично для неё? – странные вопросы с самого утра.

– Я, конечно, могу это сделать, но человеческий организм хрупок, и это может быть, довольно болезненно. А для кого интересуешься, мой друг?

– Для себя, я нашёл пару, и у неё есть шрамы, а ты сам понимаешь, что такую драгоценность я не смогу доверить никому другому, кроме тебя.

– Поздравляю, она хоть рада, что ты нашёл её?

– Нет, ещё даже не знает. Её страх двуликих настолько велик, что его можно резать ножом. Поэтому я стараюсь найти выходы. Для начала приручить девочку, а потом заявить свои права на пару. Может её мысли по поводу нашей расы изменяться, и она будет рада. Ладно, что требуется от меня?

– В принципе, присутствие тебя и дамы. Как будете готовы, милости прошу. Соберу тебе её как новенькую, ты знаешь, я могу помочь, если дело касается тела, но, к сожалению, не психики.

Ты не хочешь рассказать, откуда у девочки шрамы? – вопрос не застал врасплох, поскольку часть работы врача – искать первопричину.

– Если бы я сам знал. Как узнаю – расскажу. Хорошо, мы приедем в ближайшее время, спасибо брат.

Я сбросил звонок, с более спокойным сердцем, но злость не могла пройти. Почему мы не оказались рядом с ней, когда нужно было проявить участие, и она так пострадала.