Свахины сказки

– Не люб? А этот, значит, люб, который к сестре твоей сватов послал?

– Значит, люб, – спорить сил у нее не было, да и ведунью хотелось быстрее увидеть.

– Все равно ведь моей будешь, никуда не деться тебе. Хочу ж тебя, дуру, избавить от стыдобы перед прорубью в рубахе стоять, – он резко схватил ее за руку, притянул к себе и попытался поцеловать. Она вырвалась, толкнула его, он поскользнулся и упал в сугроб.

– Да уж лучше перед прорубью, чем за тебя замуж! – крикнула Варвара и побежала к окраине деревни.

Мишка ей совсем не нравился, только выйди за такого, и пить будет, и бить. Но прорубь… про прорубь она даже и не вспомнила. Да и по сравнению с тем, что с ней уже сегодня произошло, прорубь – это меньшее из зол.

Она не знала почему, но в их деревне так было заведено, что в Крещение все непросватанные девицы вставали в вышитых ими рубахах вокруг проруби, а парни со свахами прогуливались меж них да невест подбирали: у кого рубаха побогаче расшита да у кого руки нехолодные. А если руки холодные, значит, работница плохая она будет.

А как же им не быть студеным в крещенский мороз-то да без рукавичек. Стыдно было оказаться перед прорубью, за козла пойдешь, не только за Мишку. Но сейчас ей некогда было об этом думать, она уже подбегала к домику колдуньи.

– А вот и привела тебя дороженька ко мне, давно жду-пожду. Заходи, гостьей будешь, – старуха как будто ждала ее на крыльце.

Варвара зашла в избушку. К ее удивлению, внутри все было чисто и опрятно, никаких паутин с пауками да жаб засушенных.

На огромной печке, которая занимала большую половину горницы, сушились разные корешки да травки, наполняя избу приятным и успокаивающим ароматом. Ведунья не сводила с Варвары своего пристального взгляда. Девушке так хотелось крикнуть в лицо этой старухе что-то обидное, но вместо этого она горько разрыдалась и только и смогла, что выдавить из себя:

– Зачем?

– А затем, голуба, что не для того тебя мать рожала, чтобы порты мужские стирать да сопливым детишкам носы подтирать.

Другое у тебя на роду написано.

– Но я же люблю Егорушку, доли другой для себя не желаю.

– Ну так и люби себе, разве ж можно любить запретить?

– Ты вернешь мне его? – с надеждой в голосе спросила Варвара.

– А кто его у тебя забирал? Любовь, милая, она внутри, забрать ее невозможно. Любишь – люби, для этого замуж не обязательно выходить.

– Он меня тоже любит. А ты, ты помогла моей сестрице-разлучнице, – выкрикнула Варя.