Василина для шейха

Я требую, а ты не теряя время исполняешь! Я задаю вопрос ты коротко отвечаешь!

Это все из-за того, что я войдя не сразу присела за стол и при ответе добавила пару слов? Какой-же он странный человек. И к тому же ему идут все эти странности. Лишнее говорить и делать не станет и, как я уже поняла, очень ценит своё время. Так он мне представился. Ещё я заметила восточные черты лица, глаза – они черные с густыми ресницами и бровями на смуглом лице. Похож на грузина, но нос.. он не с горбинкой, возможно у него отец или мать другой национальности.

– Поняла, – кратко ответила.

– Уверен по окончанию практики с тебя получится хороший специалист и, если я останусь хорошего впечатления о тебе, то возможно в моей фирме появится молодой специалист вроде тебя.

– Спасибо! – хотелось подскочить от радости, а потом поймала его острый взгляд и остолбенела.

– За практику у нас не платят, потому как ты ученик, однако я ценю труд любого человека, особенно уважаю вашего ректора института и поэтому за каждую успешно проделанную работу ты будешь получать неплохую мотивацию в виде денег.

Я согласно киваю:

– Спасибо вам, поняла, – я добавила про то, что не боюсь работы и готова работать хоть с утра до ночи.

Когда увидела в его лице негодования, испугалась, но терять по сути то нечего. Меня вынуждают обстоятельства так себя вести, пусть выскочкой кажусь, мне просто нужны эти деньги.

– К чему такие жертвы, разве такой красивой девушке нечем заняться в свободное время? Да, и на сколько мне известно у тебя должна быть хорошая стипендия, не все трудоустроенные, даже зарплату такую получают сколько ты за учёбу.

Я решилась так сказать поделиться своей бедой, может для такого человека, как он, миллионы это не деньги. Представив папу в больнице я загрустила, мне тяжело об этом думать. Грудь сдавило и я прочистив кашлем горло от давящего кома, стала говорить поглядывая то на него, то куда-то сквозь в надежде, что у него есть сердце и милосердие.

– И как вы уже поняли все для папиной операции, и я не считаю себя жертвой, скорее являюсь надеждой для папы, – сама не поняла, как слезы выступили из моих глаз и стали жечь их.

Не старалась вызвать жалость у мужчины, я очень гордая и не люблю, когда меня жалеют выставляя жертвой. Мне не важно трогают его мои слова или нет, если он испытывал тоже самое что я, то он поймёт в каком я положении.

– Ну и дела, Василина, – приглушенно он сказал.