Василина для шейха

– Кто я? Издеваешься? – от любого шума и крика сдавливало виски.

Я опустила голову вниз, потому как мне больно.

– Простите, господин, наверное от удара у нее мозги потекли.

– Похоже на то..

Я слышала шум машин, иногда открывая глаза, наблюдала яркие фонари ночного города. Меня куда-то везли незнакомые мужчины и я не могла ничего сказать, а лишь от головной боли плакала снова прикрывая глаза. Мне дали в руки носовой платок и сказали зажать им нос, дабы остановить кровь. Я послушалась. Почему она течет я не знаю, как и не знаю отчего так сильно болит голова.

Рука рядом сидевшего мужчины легла на мою внутреннюю часть бедра крепко ее сжимая и поглаживая, добираясь скользящим движением до ширинки замка моих черных брюк.

– Не надо, – простонала я, убирая его руку.

– Расслабься и тебе понравится, – ответил, наступая с такой же охотой, теперь уже нырнув рукой мне под белую испачканную кровью рубашку.

Я прижалась к дверям отдаляясь от него и прижала локти к груди, чтоб не давать касаться себя. Мне неприятно, стыдно и гадко от прикосновений.

– Я хочу и буду тебя ласкать, девочка! – от его ухмылки и запаха противного одеколона меня начинает тошнить. У меня от его прикосновений вызывается чувство отвращения и не более.

– Я не хочу, – взвыла в голос.

И тот, что ведет машину твердым, приказным голосом обратился к нему:

– Оставь девчонку в покое, она принадлежит нашему господину!!

– А кто узнает, Рамиль? Тр*хнем ее вдвоем, а там пусть оправдывается с кем она и где!

– Я не буду господину врать! Я-я, – выделил заключение, продолжая, – скажу! Потому, как я хочу жить!

– Ладно, ладно, не трогаю, но и ты меня не выдавай, – убрал руки и даже отодвинулся от меня.

Кто этот господин? Может тот, кто приказал меня отвезти в общежитие? Ничего не понимаю. Вроде бы есть просветы в памяти, но стоит только поймать мысль и тут же снова забываю.

– Мы на месте, – сказал тот, кого звали Рамилем и остановил машину.

– Птичке пора на свободу, – так же с ядовитой улыбкой ухмыляется, тот кому приказали меня не трогать.

– Кая, давай поторопись, а то машина у нас очень приметная!

Этот Кая, стал копаться в багажнике, а потом я увидела в его руках шприц с непонятной желтой смесью.

Страх окутал меня и я стала дергать ручку двери, дабы вырваться на свободу и она открылась.