Василина для шейха

Может разговор о прошлом растопит в его сердце лёд и он изменится?

Услышав щелчок замка Василина тут же вздрогнула и всё внимание направила на вошедшего Бахти.

Оценивающий взгляд с ног до головы:

– Тебе идёт белый цвет.

– А тебе не хватает духу признаться, что узнал меня, – объявила она, решительно приблизившись к мужчине, – Узнал подругу детства? – резко сказала, посмотрев на своего мучителя с обидой, презрением и пылающей злобой.

– Разумеется. И из-за этого сделал своей женщиной, – потянулся к её подбородку, но она быстро отстранилась, не дав к себе прикасаться.

– Ты давно не Демид и пал в моих глазах. Столько боли мне ещё никто не причинял. Ожидать подобное можно было от твоего отца, я о нём узнала не по наслышке. Но от тебя никогда, как и представить, что когда-нибудь встречу лучшего друга, в прошлом доброго мальчика в обличье дьявола! – закричала она.

Поймал за тонкое горло и дернув к себе, прошипел:

– Демида предали. Отныне есть Ибн Бахти и ты будешь обращаться ко мне так.

Должна радоваться, что я вовремя подоспел, иначе бы мой отец разорвал тебя и бросил сдыхать.

– Ты ничем не отличаешься от Башара, – хрипит, вцепившись ногтями в его руку.

– Всё могло бы быть лучше, по согласию, всего-то расслабиться и отдаться мне полностью, а ты стала бороться.

– Я задыхаюсь, – завопила, закатываю глаза и он отпустил.

Громко закашляла переводя дыхание и прижав руку к груди, попросила:

– Отпустите меня домой?

– Ни за что, даже не проси.

Ты – моя.

Василина тихо прошептала на родном языке:

– Интересно в качестве кого я здесь?

– Что сказала? Повтори, – удержал за плечо.

– В твою озверевшую голову никогда не приходили мысли, почему твой отец знает хорошо русский язык, а ты нет? Когда должно быть, по-другому, – не дождавшись ответа, продолжила, – Не напрягайся, я отвечу. Боится, что будешь жить прошлым и захочешь уехать к матери на родину.

– Замолчи.

– Нет, дослушаешь. Башара можно поздравить, он хорошую копию себе подобного создал.

И пока ты здесь во всю прислуживаешь Башару, твоя мать оплакивает тебя, считая мёртвым!

– Закрой свой рот! – впервые за много лет его вывели из себя. Шейха всего затрясло и он закричал не своим голосом. Схватил Василину за волосы сзади и, как тряпичную куклу хорошо потряс, – Я тебя заставлю замолчать! Больше никогда не произнесешь ни слова о прошлом, особенно о русских шармутах, которые продают родных детей!

– Больно..