Обителей много

А сейчас и телефоны, и интернет, и автобусы, и милиция – всё есть. А толку?

Из цикадной пустоты поднимался внутренний шепоток: никто ее не найдет.

Никто в мире не найдет Дину.

Нет, не так.

Никто не найдет Дину в этом мире.

Заткнись, закричал внутри себя Колька, сжимая кулак так, что ногти вонзились в кожу. Слеза достигла ушной раковины и щекотно заползла внутрь. Алиса бережно вытащила из-под Колькиной шеи руку и поцеловала его в лоб.

– Сейчас нужно поспать, – просто сказала она. – Кажется, что мир ушел из-под ног (блин, мама, ты даже не представляешь, как ты права).

Алиса ушла.

И теперь Колька лежал, глядя на фосфоресцирующее звездное небо. Звезды-наклейки для потолка подарила ему когда-то Дина. Сначала он старался расклеить их в строгом порядке по звездной карте, но потом увлекся созданием собственных галактик и млечных путей. Он смотрел на хвост одинокой кометы, несущейся через потолочный космос, и плакал.

Колька уже точно знал, куда побежит с утра первым делом.

Туда, куда он бежал с любой сердечной болью или вопросом, который не давал покоя. Туда, куда, будучи полуторалетним карапузом, как-то приковылял сам, хотя для этого понадобилось пройти пару кварталов по их улице, свернуть в Ореховый переулок и подняться на холм.

Вот шуму было в поселке! Колька невольно улыбнулся сквозь слезы, вспоминая мамин рассказ о своем побеге. Алиса всего на минуту ушла в дом из сада, оставив сына за увлекательным, как ей казалось, раскапыванием песочной горки.

Отец Дмитрий обнаружил малыша в своем гараже спустя полчаса, когда по улицам уже побежали с тревожными возгласами соседи. Колька сидел на полу возле гигантского мотоцикла, крепко вцепившись в переднее колесо.

А ведь и это тоже, подумал Колька, история о том, как малыш потерялся и родители нашли его в храме. Выходит, и маме знакомо чувство, когда рушится привычный мир.

Гараж отца Дмитрия был местом притяжения многих сельских ребят, но только Колька сам уверенно нашел к нему путь в полтора года. В гараже пахло бензином и свежеиспеченным хлебом: отец Дмитрий если не служил и не исполнял другие приходские обязанности, пропадал на огороде либо в гараже или же колдовал на небольшой кухоньке. Больше всего он любил возиться с картофелем, хлебом и механическими штуками вроде двигателей.