По дороге к Портофино (расширеная версия)

– Чем вы занимаетесь?

– В основном благотворительностью. Я живу между Хьюстоном и Нью-Йорком. В Хьюстоне моя семья, у меня там галерея. Я привожу в Хьюстон молодых Нью–Йоркских художников, организую выставки, а прибыль от продаж идёт в различные фонды помощи детям, животным. Я люблю свою работу. Люблю современное искусство, очень люблю Нью-Йорк. Я очень благодарна своим родителям, что дали мне возможность всем этим заниматься.

– Вы имеете ввиду, что вам не нужны деньги? Вам не надо зарабатывать на жизнь?

– Это, конечно, тоже.

Но в Америке этим не принято гордиться. – смущённо сказала я. – Я имею ввиду, что я возглавляю отдел благотворительности в компании моего отца и у меня очень хороший бюджет на помощь как молодым художникам, так и детям. Вы не поверите, но я очень много работаю.

– Почему, я поверю вам. Заниматься благотворительностью – это большой труд, и как правило, ей занимаются энтузиасты, которые работают с большой отдачей. Если это только настоящая благотворительность.

– Если вы бываете в Хьюстоне, то приходите в мою галерею, вы увидите какие я делаю проекты.

Это достаточно большие мероприятия, а все собранные деньги идут на помощь детям. У нас в Галерее нет зарплат, работаем на чистом энтузиазме. Мы сегодня летели из Нью-Йорка. Вы живете в Нью-Йорке?

– Я купил квартиру в прошлом году возле Центрального парка, у меня такой вид, мечта. Но вы не поверите, если начнётся мой новый проект, я буду часто бывать именно в Хьюстоне. – Алекс замолчал, но потом добавил, – А я обязательно зайду в вашу галерею, София!

И опять он на меня посмотрел как-то оценивающе, я не могла понять, что он оценивает, стою ли я того, чтобы отвлечься от нового проекта на романтику, или он оценивает, так же я хороша и необыкновенна, как его бывшая жена.

Но что-то он всё время просчитывал в своей голове. А может это мои фантазии, и я просто его совсем не интересую. Но тогда и он меня совсем не интересует. Хотя это неправда, конечно, этот русский умеет произвести впечатление.

Я опять на него посмотрела и сердце моё замерло на миг, а потом стало биться сильнее, я отвернулась и стала смотреть в окно, но перед глазами был его образ. Я ухмыльнулась. Вряд ли я могу сказать, что он меня не интересует.

– А что это за ваш новый проект в Америке? – спросила я у Алекса.

Он опять посмотрел на меня каким-то долгим взглядом.

– Я суеверный, София. Мы все, русские, суеверные. Сначала должно всё случиться, а потом стоит об этом говорить.