Соната с речитативом

Для всей команды, для наших сотрудников, даже для вашего отца история очевидна. Вы здесь, потому что вас обвинили в сотрудничестве с агентом западных спецслужб, – губы человека с пистолетом презрительно скривились, – но вместо достаточного наказания вы получили ссылку. Никто не задает вопросов. Никто не удивляется. Мир сейчас так устроен: никто не удивляется решениям тех, кто имеет власть решать. Дальше у них – у нас – власти будет больше, а удивления у стада – у вас – меньше.

Рука с пистолетом описала небольшой круг, будто человек рисовал в воздухе какой-то график.

– Вас никто не собирался устранять. Вас просто нужно было отодвинуть и заставить замолчать. Мы в курсе, что вы здесь… времени даром не теряете. Когда свадьба? – Рука с пистолетом снова замерла, и черное дуло остановилось напротив Андреева лба.

Андрей молчал.

Человек с пистолетом вздохнул.

– Это не первый мой к вам визит. Вы помните предыдущие? Помните? – В голосе появились требовательные нотки.

 – Скажите же, что вы помните, о чем мы говорили на прошлой неделе. И три недели назад.

Андрей покачал головой.

– Смутно. Я… не уверен. Все как будто немного смазано. Я пытаюсь думать об отце, о работе в «Экране», о том, что мы делали… сделали. Я помню все – но я будто смотрю сквозь мутное стекло. Когда я пытаюсь разглядеть детали, все расплывается, и мне не хочется напрягать память. Но есть одна вещь, которую я помню четко. Та дискотека в Риге. – Андрей с видимым усилием посмотрел прямо.

Он пытался разглядеть выражение лица человека с пистолетом, но тот повернул голову так, что лицо оказалось в тени. Второй, тот, что стоял в нескольких метрах от них, – громила с фонарем – за время разговора не пошевелился ни разу, будто вмерз в землю и превратился в фонарный столб.

– Я не сливал данные. Я не выходил на контакт ни с какими агентами. – Губы слушались плохо. – Я не помню нашего разговора – ни неделю назад, ни раньше. Я даже не знаю, о каких сверхсекретных разработках моей команды вообще идет речь.

Но в одном я уверен точно: в тот вечер в Риге я был на дискотеке. В газете есть снимок. – Андрей неожиданно широко улыбнулся, как будто упоминание снимка принесло ему видимое облегчение. – Я звонил и снова позвоню отцу. Я буду звонить в прессу. Я… приеду, как только смогу, чтобы снова поговорить с вашими… особистами. – Андрей презрительно поморщился. – Или не с вашими.