По дороге в Портофино. Love story

– Вы имеете ввиду, что вам не нужны деньги? Вам не надо зарабатывать на жизнь?

– Это, конечно, тоже. Но в Америке этим не принято гордиться, – смущённо сказала я. – Я имею в виду, что я возглавляю отдел благотворительности в компании моего отца, и у меня очень хороший бюджет на помощь как молодым художникам, так и детям. Вы не поверите, но я очень много работаю.

– Почему, я поверю вам. Заниматься благотворительностью – это большой труд, и, как правило, ею занимаются энтузиасты, которые работают с большой отдачей.

Если это только настоящая благотворительность.

– Если вы бываете в Хьюстоне, то приходите в мою галерею, вы увидите, какие я делаю проекты. Это достаточно большие мероприятия, а все собранные деньги идут на помощь детям. У нас в Галерее нет зарплат, работаем на чистом энтузиазме. Мы сегодня летели из Нью?Йорка. Вы живёте в Нью?Йорке?

– Я купил квартиру в прошлом году возле Центрального парка, у меня такой вид – мечта. Но вы не поверите, если начнётся мой новый проект, я буду часто бывать именно в Хьюстоне.

 – Алекс замолчал, но потом добавил. – А я обязательно зайду в вашу галерею, София!

И опять он на меня посмотрел как?то оценивающе, я не могла понять, что он оценивает – стою ли я того, чтобы отвлечься от нового проекта на романтику, или он оценивает, так же я хороша и необыкновенна, как его бывшая жена?

Но что?то он всё время просчитывал в своей голове. А может, это мои фантазии, и я просто его совсем не интересую. Но тогда и он меня совсем не интересует.

Хотя это неправда, конечно, этот русский умеет произвести впечатление. Я опять на него посмотрела, и сердце моё замерло на миг, а потом стало биться сильнее; я отвернулась и стала смотреть в окно, но перед глазами был его образ. Я ухмыльнулась. Вряд ли я могу сказать, что он меня не интересует.

– А что это за ваш новый проект в Америке? – спросила я у Алекса.

Он опять посмотрел на меня каким?то долгим взглядом.

– Я суеверный, София. Мы все, русские, суеверные.

Сначала должно всё случиться, а потом стоит об этом говорить.

– Так всегда говорит моя мама, – с улыбкой сказала я, – сначала должно всё произойти, а потом об этом можно рассказывать. Точно, наверное, все русские суеверны.

Я не знала, как продолжить разговор, в голову лезли какие?то банальные фразы, а мне так хотелось быть с ним интересной, необычной. Мне очень хотелось, чтобы я тоже на него произвела впечатление, такое же сильное, как он на меня.