Время жестоких чудес

Он мне дал кулон, – она поднесла руку к груди, – назвал имя внучки и сказал, чтобы я за ней приглядела, когда она объявится в Петербурге. Если с ним что случится.

Нагавкина встала и начала ходить по кухне взад-вперед. Она шагала ровно, прямо держа спину. Раз, два, три, четыре, пять шагов. Разворот. И обратно. Шаги были одинаковой длины, разворот совершался с филигранной точностью в одном и том же месте, будто Лариса Федоровна повторяла привычный ритуал.

– Я переехала сюда пять лет назад, – продолжила она рассказывать, – сделала все возможное, чтобы Кульчицкий меня не узнал.

Думала, дура старая, что он у меня теперь всегда будет под присмотром. Орала как оглашенная, чтобы весь подъезд от меня шарахаться начал. Шарахаться – буквально.

Сашка невесело усмехнулся, вспомнив Ксенины стычки со Страшилой.

Ксеня.

Он вскочил. Нагавкина остановилась и в упор посмотрела на него снизу вверх.

Сашка нетерпеливо взмахнул руками.

– Так пойдемте! Она же там! Одна! У нее остались дефенсоры, ну, плащ например.

 – Сашка лихорадочно соображал. – Вы подержите Ксеню, а я накину плащ. А потом мы ей все расскажем. И она придет в себя.

Нагавкина вздохнула.

– И что вы, Александр, собираетесь рассказать? Детали предательства ее отца? Прошло всего пара часов, как она о нем узнала и пережила потрясение. Она едва не порвала карточки, она уничтожила один из дефенсоров! Вы хотите, так сказать, ее доконать? – Нагавкина говорила с убийственной вежливостью. – Не исключено, что после нашего триумфального появления и после вашей пламенной речи Ксения завершит начатое.

А именно – порвет перфокарты и бросит нам в лицо. Порвет – буквально. И ее в какой-то степени можно понять. Ее эмоциональный статус оправдает подобные действия. Доступно?

В Сашкином желудке провалилось дно. Он пошатнулся и приземлился обратно на табуретку.

– И ч-что делать? – Он едва выговаривал слова.

Нагавкина продолжила движение по кухне. Раз, два, три, четыре, пять. Разворот.

– Нужно прийти к ней с результатом. С позитивным результатом. Вы, Александр, должны принести в зубах хотя бы какие-то ответы и хотя бы какие-то доступные решения. И не просто скручивать Ксению и набрасывать на нее плащ, – Нагавкина насмешливо покосилась на Сашку, – а рассказать, что именно и как мы собираемся делать с карточками.

– А что с ними делать-то?!

Раз, два, три, четыре, пять. Нагавкина остановилась.

– С ЭВМ дело имели?

Сашка потупился.