Сельский роман

«Где-то слышал, что большинство мужчин неравнодушно относятся к молодым сестричкам в белых халатиках», – мелькнула глупая мысль.

Он с восхищением наблюдал, как Лена сноровисто крутила на кровати щуплое тело деда, осматривая нет ли пролежней, не мокрая ли простынь…

– Сколько же ты дней не ел, дедушка? – спросила она, прощупывая впалый живот старика. – Живот к спине совсем прилип!

Дед равнодушно молчал. Казалось, он не доволен вниманием молодой девушки к своему высохшему телу.

Яркий свет солнечных лучей освещал серые, давно не стираные простыни.

И белые рукава халата медсестры на фоне этой серости казались белоснежным. Заботливые руки девушки кружили над телом больного, то взлетая белыми птицами вверх, то опускаясь: ватка со спиртом, одноразовый шприц, стеклянная ампула – движения девушки были ловкими и профессиональными. Старик прикрыл глаза и покорно повернулся на бок, позволив обнажить место для укола. После этого он так и остался лежать, отвернувшись к стене. Возможно, он просто стеснялся.

«Думал ли я, что придется вот так лежать, позволяя беспомощно обнажать свое тело молодой девушке, – безвольно поддавшись успокоительному действию лекарств, думал старик, – эх, Пашка, Пашка… Я уже почти ушел… Вернули… Нужно дождаться…» Сон, запутав мысли, отключил вялое сознание.

Лена, присев на край кровати, прощупывала пульс на запястье засыпающего больного. Она удовлетворительно кивнула в ответ на вопросительный взгляд Славы.

– Еще на ноги встанет. Его бы покормить получше, когда проснется.

Рекомендуется бульон, легкий супчик, сок, компот.

– Я его сегодня кормил, – тихо ответил Слава, – он сказал, что сухарь и чай хочет. Принес. Старик размачивал сухарь в чае и немного поел. Так что, не дадим человеку от голода погибнуть. Я курицу у Зои купил. Бульон варю. Побегу к себе…

Закончив процедуры, Лена, не выпуская своего чемоданчика из рук, прошла через сломанный забор на участок Славы, обходя груды желтых опилок, разломанные доски бывшего забора, свежие чурбаки, распиленного ствола дерева.

Робко вошла в дом, предупредительно постучав в раскрытую дверь веранды.

– Вы бы марлю от мух повесили на вход, – посоветовала она, оглядывая кухню, устроенную на веранде. Здесь стоял тумбовый стол, плита, обеденный стол, накрытый клеенкой, и выцветший на солнечном свете диван с потрепанной драпировкой.

– Проходите, Елена.

Лена улыбнулась. Ей понравился этот парень с добрыми глазами, сильным телом и симпатичным лицом.