Будет так, как я хочу!

Совсем не улыбалось остаться одной в незнакомом доме, а потом бродить в поисках живой души.

Залесский привел меня в огромную гостиную, разделенную на несколько зон. Выбрал самую уютную – с диванами и камином. Снова жестом показал мне место, куда присесть, сам устроился напротив.

Всеми «добрыми» словами, которые знала, я помянула отца: как он мог вот так меня бросить с этим человеком? Ладно, решил отдать замуж насильно… Так ведь можно это обставить хоть чуточку покомфортнее для меня?

– Заполни вот эту анкету.

 – Игорь подвинул ко мне целую кипу распечатанных листков и ручку. – А это возьми себе и изучи на досуге.

– Что это такое? И зачем? – перед глазами плыло, не могла разобрать ни слова из того, что там было написано.

– По официальной версии, мы очень давно знакомы. И должны знать друг о друге самые мелкие нюансы. Прошлое, настоящее, любимые имена кошечек, фильмы, которые смотрим вместе…

– Игорь… Скажите, зачем вам это…все? – развела руками, пытаясь объяснить хотя бы жестом, что имела в виду.

– Затем, что нам будут задавать очень много вопросов. Нельзя ни в чем проколоться и показать плохую игру.

– Это до меня дошло, слава богу. Я о другом. – Запнулась, наткнувшись на все тот же холодный, внимательный взгляд. Словно на какую-то лягушку под микроскопом. – Зачем вам на мне жениться? Вы же, наверняка, можете сами себе найти хорошую жену! Такую, какая вам нравится!

Усмешка искривила его губы.

Презрительная такая…

– А ты что, не можешь себе мужа найти, раз папенька так пристраивает?

– Могу, конечно. Только он моего мнения не спросил…

– Конечно. В бизнесе это не важно. Есть договоренности, выгодные для всех. И для тебя, как я понял, тоже.

– Я не знаю, в чем моя выгода. Но знаю, что так нельзя делать! – Я искренне надеялась, что своей пламенной речью смогу его переубедить. – Ведь в семье должна быть любовь, романтика, взаимные интересы, наконец! Нельзя губить свою молодость и жизнь только ради бизнеса!

– Сколько тебе лет, девочка? – он бесцеремонно прервал меня прямо в середине фразы.

Так резко, что я забыла, о чем хотела сказать. Только беспомощно закрыла рот и хлопала глазами. Надеялась, что хоть так смогу удержать подкатывающие слезы.

– Девятнадцать…

– Понятно. Ребенок. – Он откинулся на спинку дивана, все так же небрежно разглядывая меня.