Дрессировщик. Искупление

Однако, такая резкая смена имиджа и поведения поразила. До глубины души.

– А что нужно отвечать, скажите, пожалуйста? – как-то неожиданно для себя, она снова перешла на «вы». Такому Симонову, как сейчас, «тыкать» было странно и страшновато.

– Что думаешь, то и говори. От тебя сейчас требуется показать наличие мозгов и соображалки. Опыта и знаний никто не ждет.

– Я очень постараюсь…

– Вот не стоит чересчур там вылезать из кожи. Переволнуешься и похеришь все.

– Но…

– Не возьмут сюда – найдем другие варианты.

Можешь относиться, как к тренировке.

– Я бы не хотела, чтобы вы еще больше тратили время…

– Не вы, а ты, мы кажется, договорились. И я не трачу его больше, чем самому хотелось бы.

Женя благоразумно замолчала. Ей совсем не понравилось общаться с таким Валерием – деловым и напряженным.

Каждый думая о чем-то своем, они подъехали на парковку огромного офисного центра. Кишащий человеческий муравейник чем-то напомнил Жене ее родной университет.

Разница была лишь в том, что рядом с универом было много молодежи – улыбчивой, жизнерадостной, открытой, а здесь, у входа в центр, большинство проходящих мимо были хмурыми, деловитыми, сосредоточенными. Никто не оглядывался по сторонам в поисках знакомых, не махал рукой, не окрикивал друзей, приглашая присоединиться к компании. В общем, все было серьезно и по-взрослому.

Женя мысленно поблагодарила Валерия за то, что он заставил ее одеться так, как нужно, а не в ее привычный и любимый кэжуал.

Сейчас она смотрелась бы серой курицей в своих трикотажных платьях и свитерах.

– Иди уже. И ничего не бойся. Корову ты не проиграешь. А опыта наберешься. На главной стойке ресепшена у входа назовешь фамилию, дальше тебя проведут.

Валерий вырвал Женю, которая сидела, вцепившись в дверную ручку, и не двигалась, из ее мыслей. Сам перегнулся, отстегнул ее ремень и почти вытолкнул из автомобиля.

Если бы не это, неизвестно, когда бы она решилась сделать первый шаг.

А дальше уже плохо понимала и помнила, что происходило: ее куда-то вели по длинным блестящим коридорам, везли в прозрачных стеклянных лифтах, от которых захватывало дух, потом о чем-то долго и дотошно говорили. Кажется, она умудрялась отвечать по делу и впопад. Во всяком случае, никто ни разу не скривился и не засмеялся.