Дрессировщик. Приручение

– Ща я тебе покажу, за что отвечать надо…

– Цыц! – Игорю уже перестало хватать терпения. Идиотский день перетек в какой-то уж совсем бредовый вечер. – Ты – отпустил мальца! А ты, – он ткнул пальцем в подростка, – подорвался и слинял отсюда! И чтобы никогда больше не появлялся!

– Никуда я его не отпущу! – Старый пень угрюмо насупился. Только сильнее перехватил запястье пацана. – Вы сейчас уедете, а он так и будет сюда шастать. Ишь, повадился!

Ситуация раздражала. А еще больше – то, что этот плюгавый старикан посмел сопротивляться Игорю.

Тут уже делом чести было настоять на своем.

– И что ты с ним делать будешь?

– Как что? Известное дело, полицию вызову, пусть обратно в детдом забирают! Они тут вечно сбегут, потом шастают, мешают жить нормальным людям!

– Не надо! – Истошный вопль пацана заставил вздрогнуть. Всех, кто его слышал. Столько было в нем надрыва и отчаяния. – Не отдавайте, пожалуйста! Лучше убейте! Дяденька, пожалуйста! – Упал на колени, освободил руку – охранник до того растерялся, что отпустил сразу же.

А пацан этого даже не заметил. Слезы брызнули из глаз, он их размазывал по грязному лицу. – Я все сделаю! Только не отдавайте!

Он умоляюще протягивал руки в сторону трех взрослых мужчин. А смотрел, отчего-то, на Игоря. А ведь сочувствие у него не проснулось. Скорее, у Сашка и у Митьки. На них надо было тратить все эти слезы и мольбы. А Игорь все больше раздражался: черт его дернул вмешаться в этот бред? Мало, что ли, таких вот сирых и беглых сирот по земле шляется? Ему до этого нет вообще никакого дела!

Хотелось послать всех к бесу, развернуться и быстрее за руль.

Ближе к дому. И так, уже лишних минут пятнадцать потеряли.

Но последний выкрик ребенка вдруг привлек его интерес.

– Все, значит, сделаешь? Уверен?

В диких глазенках загорелась надежда:

– Все! Все, что скажете! Только не возвращайте меня туда!

– Мить, забери его. – Водитель, привычный к приказам, беспрекословно поднял мальца с колен, ухватив за шиворот.

– Еды ему купи.

И чаю горячего сделайте. – Это уже Сашку. – Не в картон. Термокружку возьми. Побольше. – Парень кивнул и, тоже молча, двинулся в сторону кассы. Не спрашивал ни о чем. Игорь дураков не держал, и болтливых – тоже.

– А ты, мразь, пиши заявление и сваливай отсюда на пенсию. – Это уже местному уроду. – И не дай тебе Бог не сделать этого. Приеду – проверю. Хоспис тебе покажется раем на земле и пределом мечтаний.

И он был уверен, что мужик даже смену свою не закончит.