Измена. Твои (не)желанные

И даже прохлада по коже не пробежала… Кипящая лава внутри согревала так, что можно было бы и голой на мороз: ничего бы не случилось со мной!

Упала на белоснежные простыни – как в кино! И так же глаза распахнула от восторга!

Прохладная гладкая ткань подо мной – и жгучий, раскаленный Женька – сверху. Вдавливает меня в простыни. И уже от этой близости – когда ни миллиметра между нами – хочется кричать в восторге. Я млею. Постанываю… Облизываю сухие губы… Ловлю его рот – так, кажется, легче будет дышать.

Одно на двоих дыхание – это же так здорово! Это такое счастье! Так сладко и так легко…

И совсем не больно и не страшно, когда он делает первый рывок. Отчаянный. Смелый.

Кусаю его губу нечаянно… Шиплю…

– Ай! – Хором вскрикиваем. Тормозим. И улыбаемся друг другу.

Кажется, я только что нашла свою жизнь. Настоящую. Вот она – смотрит в мои глаза и плавно, очень осторожно двигается. Ловит мою реакцию. Хмурится, когда я хмурюсь… Трется щекой о мою щеку, что-то шепчет сдавленно… Кажется, о любви.

О том, что я – мечта. И что он умрет ради меня…

А потом я сама умираю. Неожиданно так. Только что было совсем некомфортно. Потом томительно, будто вот-вот что-то должно произойти… И колени сводит, и сжимается все в животе и груди… Тянет, ноет, заставляет морщиться и хныкать… А потом взрывается и летит. И я лечу. А упасть забываю. Теряюсь в темноте, в пространстве, в его ласках… Теперь и умереть не страшно. Вот прямо сейчас – пожалуйста, я готова!

– Вот, смотрите! – Какой-то неприятный звук вырывает из забытья! – Я же вам говорила!

Яркий, резкий свет лампы ослепляет, заставляет жмуриться, прятать глаза под ладонью.

– Сын, что это за шлюха в моем доме?! Кто тебе позволил тащить сюда грязь?!

И меня прижимает к постели. Раздавливает. Я физически ощущаю, как тонна грязи, тяжелой, вязкой, липкой выливается сверху! И под нею просто невозможно двигаться, дышать, смотреть… Жить невозможно больше!

– Отец, выйди, пожалуйста. – Спокойный голос Жени возвращает меня в реальность.

Позволяет впервые вдохнуть по-настоящему. Поверить, что я еще могу пожить немного…

– Что?! Ты совсем охамел? Выкидывай отсюда эту шваль! – Слышу тяжелые шаги, приближающиеся к постели. Корчусь, ежусь, превращаюсь в комочек. Надеюсь, что меня тут просто не заметят!

– Выйди. Мы сейчас оденемся и уйдем. – Женя твердой рукой прижимает одеяло, накрывает меня с головой, не позволяет отцу его сдернуть.

И я молюсь – за него.