Вакансия: жена. И ничего личного

Вот она явно просекла происходящее: любой уважающий себя маркетолог работает по принципу «проси больше, дадут сколько нужно», и обязательно добавляет в бюджет какую-нибудь явную чепуху. Начальство чепуху обязательно вычеркнет, иначе это плохое начальство, а вот все остальное, нужно и полезное, утвердит.

Просто я чуток перегнула с чепухой, и теперь вся стратегия выглядела жалкой и куцей. Но зато оставленные пункты были железобетонными, а отстаивать их совсем не пришлось.

– А давайте, Дарья, вы сами мне тыкнете пальчиком на те строчки, которые нам пригодятся.

На остальное просто время тратить не будем? Пожалейте коллег, если уж меня не жалко.

– Не могу. – Показательно потупилась. Пальмовский молодец – тоже просек мой маневр, и всего-то на десятом пункте. А мог бы и до сорокового ковыряться…

– Почему?

– Я стесняюсь.

– Что вы делаете, Дарья?

– Это плоды моей кропотливой работы. Я не могу вот так, при всех, отказаться от нее!

– А как можете?

– Через час пришлю все по почте.

Готовое. С аргументами и расчетами. Все лишнее уберу.

– Пятнадцать минут. Не больше.

– Тридцать.

– Вы торгуетесь?

– Отстаиваю свою позицию. Мне нужно тридцать минут. – Битва взглядов, достойная крупного плана в самом дорогом фильме, ничем не закончилась. Владислав меня сверлил, прожигая, а я тупо хлопала ресницами. Потому что мне реально нужны были эти полчаса.

– И что вы успеете за это время?

– Оплакать убитую неделю без нормального сна, разрушенную самооценку и несбыточные мечты о расцвете компании.

– Сколько минут на это?

– Двадцать девять.

– Идите. Отсчет начался. Ровно через полчаса буду ждать вас в своем кабинете с нормальной презентацией.

Эх, жаль… Шоу закончилось ровно посередине…

Мне оставалось только уйти с гордо поднятой головой. Не оглядывалась по сторонам, потому что все внимание уходило на юбку: нужно было как-то не запутаться в подоле и не рухнуть у всех на виду. Это было бы очень эпично, только слишком жалко и позорно.

Слава богу, справилась.

Добежала до своего кабинета, и там медитировала ровно двадцать восемь минут, прежде чем нажала клавишу «отправить» на почте.

Две минуты – на то, чтобы ровным, неспешным шагом добрести до кабинета Пальмовского. Соседнего, между прочим.

Он ответил на стук, разрешая войти. Сидел за столом, внимательно глядя на наручные часы.

– Молодец, уложилась. Не вижу разводов от туши.

– Я аккуратно плакала, без слез.

– Проходи, аккуратная.