Запрещенная любовь – 2

Наступил новый день. Он обещал быть светлым, радостным и солнечным.

В жизни Роберта и его близких наступали темные, трудные моменты, тяжелые испытания всех чувств, эмоций, переживаний.

Роберт достал из шкафа черную рубашку, надел ее, также надел темные брюки со стрелками, завязал черный, блестящий галстук. Взял с тумбочки черные, зеркальные очки. Он подошел к зеркалу, висевшему на стене.

Из недр Зазеркалья на него глава в глаза глядел молодой мужчина. Ему было уже 29. Он был темноволос, с модной стрижкой.

Темные, насмешливые глаза смотрели устало. Легкая небритость на щеках придавала ему сексуальность, которую замечали все девушки вокруг.

Роберт стал взрослым. Уже не молодой юнец, не молодой парень, а молодой мужчина, повзрослевший и возмужавший. Роберт чувствовал себя уставшим, пережившим самый отвратительный период своей жизни. Он сумел противостоять поворотам Судьбы, сумел наладить свою жизнь. Он чувствовал себя новым, изменившимся, полностью обновленным.

Сейчас на Роберта наступала пустота.

Он ощущал в душе огромную дыру. И заменить ее было не кем.

Потеря близкого человека не принадлежит к мелочам жизни, грустным пустякам. Это наступало горе, настоящая трагедия. Это была пустота, которую было невозможно исправить. Это нужно было просто молча пережить, смириться с происходящим, отпустить все.

Человек ушел, ушел навсегда. Остались его вещи.

В комнате бабушки на тумбочке лежали бабушкины очки, с толстыми плюсовыми стеклами, в роговой оправе. Книга Джейн Остин « Гордость и предубеждение» была открыта на середине романа.

Рядом лежала открытка с очаровательной пушистой белочкой, смотревшей прямо в объектив. Открытка служила закладкой для книги.

Роберт смотрел на бабушкины вещи. На заправленную кровать с пушистым пледом с красными розами. На задернутые шторы. На календарь, висевший на стене, и остановивший время бабушкиной жизни.

К горлу подступал ком. Ничего нельзя было изменить. Только быть рядом с ней. Присутствовать на этой печальной церемонии, проводить бабушку в последний путь, на ее постоянное место жительства, Богословское кладбище.

Там она должна будет встретиться со своим мужем, и лечь с ним в одну могилу.

Роберт взял пиджак и вышел в холл.

Там уже собрались все домочадцы.

« Идемте!» – Михаил Павлович открыл дверь на улицу.

Все расселись на сидениях огромного джипа.

Водитель Владислав оглядел всех по очереди и вопросительно взглянул на отца Роберта. Тот устало кивнул и махнул рукой.