Струны сердца

– А теперь начнем с той песни, которую будем играть на концерте. Нужно концовку другую придумать. Ну и… название.

У Юты это была первая репетиция, проведённая с новой группой. Несмотря на их разрозненный и на первый взгляд неупорядоченный вид, они были своеобразными и… интересными что ли. Для Юты это было тяжело – вот так, с первого раза стараться играть так, как совсем не играл раньше, но пальцы сами перебирали нужные струны, и к концу репетиции, когда уже почти наступила ночь и девочка, встретившая Юту в первый раз в этом доме, передала вежливую просьбу убавить громкость, а лучше затихнуть совсем, получалось всё легче и легче.

Если не принимать во внимание жуткую усталость.

– Кстати… – осторожно начал он, когда объявили конец репетиции. – Я тут забыл спросить. А название, какое у вас название?

Все четверо человек замерли на несколько секунд, сохраняя напряженный вид, будто им напомнили больную тему, после чего общее движение возобновилось.

– Пока не решили, – наконец ответил Такахаши.

*ри – мера длины, примерно 4 км.

**нии-сан – обращение к старшему брату.

Неожиданно, но вполне объяснимо, немного холодно, но довольно солнечно настало двадцать девятое ноября. Пять дней. Вот уже пять дней Юта играл музыку, ставшую такой привычной, что он смог бы сыграть её и ночью во время сна, благо от него много не требовалось, ведь главное – попадать в ритм, что у него удавалось довольно хорошо. По крайней мере это устраивало Дзюна на первых порах.

А первые поры были довольно короткие, и вот уже настал он, тот последний день перед тем самым концертом, которым стращали тех, кто на репетиции осмелился сказать, что устал и хочет передохнуть. Поэтому в этот самый последний день работали до тех пор, пока не начали засыпать на месте.

Но всё имеет конец, и эта репетиция тоже не стала исключением. Конечно же, она бы продолжалась, не скажи Дзюн, что ему срочно нужно идти в… насчёт своего пункта назначения он решил умолчать.

Но это мало бы кого и интересовало, ведь главное – настала возможность отдохнуть. Пару часов. Что-то уж совсем рано назначили этот фестиваль молодых исполнителей. Юта поплёлся наверх глотнуть наконец свежего воздуха.

– Нэ, Юта-кун, – окликнул его Кента. – Тебе ведь в сторону Конохана?

Тот только кивнул. По прошествии этих пяти дней он глубоко раскаялся в том, как охарактеризовал голос солиста.