Пиковая дама, приди!

Всё как Анечка говорила.

– Только вот теперь ты у нас заболела… – раздосадованно покачал головой Павел Сергеевич.

– Это ничего, папа, я скоро поправлюсь, правда!

– Ну хорошо, хорошо, дочка, выздоравливай. Ой, да ты ведь не знаешь последние новости!

– Какие новости, папа? – оживилась Вера.

– Вся Москва на ушах – сегодня в ночь пропала графиня Данилевская.

– Как пропала?! Не может быть! – подскочила на кровати Вера.

– Её супруг сообщил мне об этом буквально пару часов назад. Вчера они имели салон (ты помнишь, я был приглашён, но отказался), где всё же устроили спиритический сеанс… Что уж там произошло, одному Богу известно, да только графиню после сего действия никто из гостей так больше и не увидел.

Сам же граф беспокоится теперь и за свою жизнь, он думает, – что жену похитили, а значит, и за ним придут. Он уже обратился в полицию.

– Папа, не ходи к ним больше, я боюсь! Какой уж…

Ответ Веры прервал до боли знакомый звук. Снова, снова этот противный звук! Отец выбежал в столовую и на полу увидел разбитый на крупные куски графин.

В комнате кроме него больше никого не было. Взгляд Павла Сергеевича приковало ещё одно странное обстоятельство – конфеты на столе. Вернее, их отсутствие. На белой скатерти, разбросанные в разные стороны, лежали измятые обёртки.

– Аня! Аня, иди сюда! – крикнул Павел Сергеевич.

На непривычно громкий голос хозяина дома прибежала испуганная горничная. Её глаза расширились, когда взгляд упал на скатерть, усыпанную мятыми бумажками.

– Павел Сергеевич… я только недавно к обеду… Что же это?.

. – растерянно приложила ладонь к дрожащим губам Аня, – Не может же… здесь только Трофим Иванович был, недавно вышел…

Горничная продолжала что-то говорить, но Павел Сергеевич уже не слушал. Он прекрасно понимал, что ни горничная, ни кучер, ни камердинер, ни, конечно же, Верина няня не могли такого сделать.

«Чертовщина какая-то, прости Господи!» – подумал про себя Павел Сергеевич и поспешил успокоить Аню, которая уже начала было плакать от непонимания и страха, которого никогда прежде не ощущала в этом доме.

В столовую босиком зашла Вера.

– Ты что, болеешь ведь! – подошёл к девочке отец и поднял её на руки. Горячими ладонями он стал греть её маленькие ступни.

– Что тут произошло, Аня? – спросила Вера, глядя на взволнованную горничную.

– Послушай, мы пришли сюда, здесь никого не было… одни обёртки от конфет, представляешь? – сказал Вере папа, пытаясь посмеяться над этим странным фактом.