Животный мир людей

Когда же возьмут еще одного руководителя группы, Федя не может все один проверить, а я сейчас совсем зашиваюсь, нам опять два объекта дают, и сроки просто варварские! – вздохнув, проговорила начальница.

Все в отделе поняли, она тактично промолчала, не желая задеть самолюбие Федора, что не хватает Киры Андреевны с ее дотошностью и обязательностью, а на молодого, хоть и вполне грамотного парня ей пока трудно полагаться полностью. Народу в отделе было тридцать пять человек, и только восемь могли нормально и самостоятельно сделать рабочий проект по тем прикидкам, которые им предлагали к разработке.

В последнее время все чаще требовалось объединить в одну стадию и «проект», и «рабочие чертежи», а сроки заказчики предлагали такие, что с работы можно было и не уходить, некоторые, впрочем, так и делали, особенно когда время сильно поджимало.

Федор Ямпольский выглядел много моложе своих лет, совсем мальчишкой он участвовал в боевых действиях в Чечне, во время второй кампании, и опыт приобрел неплохой, во всяком случае, постоять за себя мог.

Вернувшись из армии, он поступил в Московский архитектурный институт, где преподавал его отчим, и поэтому в профессию пришел несколько позже своих ровесников. Еще он серьезно увлекался спортом, в частности рукопашным боем, а навыки, полученные в армии, только добавили ему хладнокровия и какого-то злого драйва. Если его серьезно задевали, то, несмотря на превосходящее количество врагов, Федор мог серьезно наказать обидчиков. Когда-то это был обычный московский подросток, в меру хвастливый, в меру ленивый и эгоистичный, но, столкнувшись с реальной войной, смертью, болью и ложью, он сильно изменился. Первым потрясением для него была смерть матери, какой-то подонок ударил ее по голове, вырвал сумку и убежал, мать умерла через несколько часов в больнице. Отца Федор никогда не знал, растил его отчим, и именно отчим оказался единственным, кто был рядом в первые месяцы после несчастья. Отчима парень прежде не любил, любить того было трудно, слишком закрытым человеком был Олег Петрович. Отношения у них были ровные, безразличные, как казалось Федору, но вполне терпимые. Вечно в свитере и джинсах, с очками на носу и карандашом в руках, склонившийся над проектом, отчим казался парню чужим и холодным. Вечером следующего за несчастьем дня Федор случайно увидел, как Олег Петрович, уткнувшись лицом в кухонное полотенце, привалился к стене и содрогался от беззвучных рыданий.