Королева сыра, или Хочу по любви!

У меня получились три зоны в кухне. Первая, самая дальняя, – зона хранения, туда я положила шкуру снежного ящера. Если обшить ей внутренние стенки шкафа, он станет отличным местом для хранения продуктов: шкура ящера обладает способностью охлаждать воздух в помещении, где находится.

Вторая зона представляла собой два ряда столов, где предполагалась вся кулинарная деятельность. Мне повезло, что раньше здесь жил кукольный мастер: шкафов, тумб и столиков в мастерской было великое множество. Несколько даже пришлось отнести в кладовую.

Те, что я сочла пригодными к использованию, плотник несколько раз покрыл лаком.

И третьей зоной стал небольшой столик со стульями, за которым было удобно есть и просто сидеть, делая заметки или изучая рецепты.

Постепенно кухня оживала, превращаясь из запустелой мастерской в большое и светлое помещение, в котором было приятно готовить. Простые и недорогие, но однотонные бежевые занавески пропускали в комнату лучи закатного солнца.

Я валилась с ног и мечтала лишь о том, чтобы упасть в кровать и проспать до самого утра.

Но мечты не сбылись, ведь, едва плотник ушел, я снова ощутила зов от зеркала.

Соблазн не ответить был просто огромным, но все же игнорировать родителей я не могла. Они волновались, и пропадать совсем слишком жестоко. Оставалось только надеяться, что раньше, чем нужно, меня не найдут.

На этот раз со мной связывался папа. Когда его отражение появилось в уже отмытом зеркале, я нахмурилась. Вид у родителя был очень мрачный.

На моей памяти папа никогда так не смотрел.

– Здравствуй, папа, – осторожно произнесла я.

Он молчал, продолжая буравить меня взглядом. Может, начни он ругаться или требовать моего возвращения, я бы стушевалась и расстроилась. Но почему-то это угрюмое молчание взбесило сильнее всего.

– Ты связался со мной просто посмотреть? Или Рикард стоит где-то неподалеку и еще не дал тебе указаний?

Жестко, но Уна в прошлый раз тоже не сама догадалась дать Рикарду послушать наш разговор.

– Моя дочь – воровка! – наконец выплюнул отец.

Я вздрогнула.

– Как ты могла, Николь?! – рявкнул он так, что у меня чуть зеркало не треснуло. – Устроить сцену неверному жениху? Хорошо! Сбежать из дома, как маленькая девочка, которой не разрешили ужинать конфетами? Пожалуйста! Но кольцо, Николь? Ты продала кольцо, которое подарил тебе Рикард? Зачем тебе деньги? Ты с кем-то связалась?

– До свидания, папа, – со вздохом ответила я.