Леди-дракон. Факультет оборотничества

Облетел и перекрыл дорогу, вперившись в меня холодным взглядом. Глаза-льдинки поблескивали в лунном свете. И я мигом вспомнила его человеческую улыбку. Нельзя… нельзя с ним лететь! Лучше смерть!

– Иди ко мне, Виленея, – потребовал дракон. – Не сопротивляйся, дурочка, иначе сделаю больно.

Он и так сделает, это мы не раз проходили. Когда умерла мама, я ему верила, я думала, он действительно может помочь мне избавиться от душевной боли.

Нет! Нельзя погружаться в воспоминания, они разрушают изнутри. Нужно что-то придумать.

– Подлети ко мне, красивая моя, не бойся, ты ведь помнишь меня?

– Хватит! – не выдержала и рявкнула я. – Здесь нет публики! Прекрати этот спектакль!

– Спектакль? – будто бы нахмурился он. – О, Вил, детка, я же говорил, тебе еще рано уезжать, ну почему ты меня никогда не слушала? Дорогая, пойми, ты еще нездорова, тебе нельзя жить одной. Тебе нужна семья, нужен уход, ты ребенок! Прислушайся к себе, разве ты не делала чего-то, что тебе несвойственно? Разве ты не чувствуешь, что вредишь себе?

– Все бы ничего, – я презрительно фыркнула, – если бы я не знала, что ты собой представляешь.

Не трудись. Ты меня заберешь или мертвой, или без сознания.

– Что ж… ты сама так решила, Виленея. – Ему надоело церемониться и разыгрывать из себя добряка.

Я закричала. Так, как может кричать дракон, громко, срывая голос. Бросилась вниз в надежде укрыться в первом попавшемся доме. Мой небольшой размер должен был мне помочь. Разбив окно, я влетела в помещение, оказавшееся небольшим спортивным залом, из него в раздевалку и забилась в одну из душевых.

Пока он доберется до меня, пройдет время, необходимое мне для обращения.

Я до крови прикусила губу. Страх, царапины от разбитого стекла и напряжение сделали трансформацию очень болезненной. Меня била крупная дрожь от резкого перепада температуры тела. И тошнило.

Как ни странно, было очень тихо. Он что, тоже обратился? Тогда мои шансы становятся… демон, непонятно! Если я увижу, что он стал человеком и успею обратиться… смогу ли я убить человека, будучи драконом? И что мне за это сделают, если узнают?

Я прислушалась.

С улицы никаких звуков не доносилось. Он не мог уйти, это точно. Не тот характер, чтобы взять и оставить желанную добычу, когда она почти сломлена. Я глубоко дышала, чтобы не всхлипывать от смеси страха и боли. Причем вполне ощутимой, физической. Все тело будто кололи острыми иголками. Ступать по полу было мучительно, колени подгибались.