Золотые лучи

У самых ворот, уже переступая порог, она вдруг замешкалась и повернула голову, и их взгляды встретились. Она нахмурилась и почти бегом бросилась за ворота отеля, а Дениз удовлетворенно улыбнулся, постоял еще немного и пошел в сторону моря.

«Я знаю, где ты живешь! Узнать твое имя теперь не составит труда. Или я не полицейский!»

И в это мгновение у Дениза появилась надежда. Надежда на то, что, возможно, и у него есть шанс на нормальную жизнь, шанс выпутаться из этой ситуации, шанс спасти друзей, Мохаммеда и Абдуллу, и вернуться к нормальной жизни.

Ему вдруг захотелось, как нормальному человеку, постоять у девушки под окнами, подарить ей цветы и повести ее на свидание… Как же давно это было!

Возможен ли еще для него этот путь?

Нихан

– Уважаемые пассажиры, через двадцать минут наш самолет совершит посадку в Международном аэропорту Стамбула. Просим вас занять свои места и пристегнуть ремни безопасности, – известил приятный баритон капитана сначала на турецком, а затем на английском языке.

Лена открыла глаза и потерла лицо, пытаясь проснуться и прийти в себя. Перелет был не простым, через несколько минут после взлета у девушки так сильно разболелась голова, что захотелось спрыгнуть с самолета. Когда обычные обезболивающие не помогли, пришлось звать на помощь стюардессу. Сотрудница Турецких Авиалиний, вежливая и красивая девушка лет двадцати пяти, принесла Елене быстрорастворимый порошок и стакан воды. Лена даже не стала спрашивать, что это.

Лишь бы помогло! Трясущимися руками девушка раскрыла маленький пакетик из фольги и высыпала в стакан. Вскоре боль утихла, не ушла, но как будто отдалилась, спряталась где-то в глубине черепной коробки. Спустя еще несколько минут Елену начало клонить в сон, как это бывало всегда после сильных приступов головной боли. И Лена уснула и проспала практически весь полет. Что и к лучшему. Предстояла пересадка и еще один часовой рейс до Даламана. Лена старалась об этом не думать, опасаясь нового приступа.

Молодая женщина в соседнем кресле сочувственно улыбнулась, перехватив Ленин взгляд. По внешности скорее всего турчанка, на голове очень красивый платок, а в остальном вполне европейский брючный костюм слоновой кости, туфли на высоком каблуке, красивые губы под ярко-сливовой помадой и необыкновенно светлые глаза в обрамлении пушистых ресниц.

– Впервые в Стамбуле? – спросила она по-английски.