Инквизитор Доганский

Но дети, ничего не подозревая, выхватили себе по подарку и, утешённые проявленным сочувствием, убежали дальше.

– Да что ты за монстр, чтобы детям такое скармливать?! – прошипел за её плечом парень.

– Если они будут в порядке, то и с ними будет всё в порядке, – пообещала она, выпрямляясь. – А если нет – то какая разница? – она сжала передними зубами две полупрозрачные оранжевые капсулы из железной коробочки, показав их другу. Слизнула языком и проглотила.

– Или ты бы предпочёл, чтобы тебя поймали живым? – она взяла его за руку и вложила оранжевую капсулу.

Они вышли к площади перед замком, где стоял памятник Инквизиции – статуя мужчины в балахоне с молотом в правой и развёрнутым свитком, на который был устремлён его взгляд, в левой. Когда-то именно инквизиторы вершили правосудие и казнили невиновных, они были теми, кто посчитал изгнание за Врата Ада достойным наказанием и ввели это в традицию. Но сейчас сами инквизиторы около века отмерли, как институт, и даже данная статуя никому не была нужна и ни для кого ничего не значила – она выглядела более заброшенной, чем здания вокруг.

Девушка при виде статуи, сразу же схватила парня за запястье:

– Инквизитор! Нужно отдать ему честь – ведь это ему мы всем обязаны!

Они опустились на колено перед статуей, чем привлекли внимание случайных горожан – до подобной глупости до сих пор никто не опускался, так кто эти нарушители спокойствия? Но парень и девушка уже разошлись – и растворились в толпе.

Хмурый скрипоголосый ещё долго чувствовал себя нелепо – он не видел смысла участвовать в подобных проказах, как только что, но не умел ей отказывать.

Он долго разглядывал пилюлю на ладони, сжал между двумя пальцами и посмотрел на неё через свет. И в конце концов, положил в рот и проглотил.

3. Ambassador

Последний Судья Даниэле был уже не молод, но всё ещё силён. Случившееся едва не сломило его, но он знал, что должен быть сильным. Потому что он должен принять на свои плечи ответственность за случившееся и за нынешний мир.

Как когда-то принял ответственность судить и лишать других жизни, теперь должен принять ответственность за их сохранность. Он впустил беженцев в город, потому что знал, что в такой час, город должен дать им кров. И в скором времени Судейский город должен дать им и спасение. Решение должно быть вынесено немедленно. И Судья Даниэле был рад тому, что многие феодалы, как последние трусы, поджав хвосты, приползли к его ногам.