Фаза мертвого сна

Тетка продолжала стоять на своем месте, она и не собиралась прыгать на меня со спины, чтобы задушить или перегрызть сонную артерию, а потом искупаться в горячей еще крови. Ей было некогда, она ела сдобных рыбок.

4

– Ты бы умылся сходил что ли. – Нелепая в своей долговязости девица, смотрела на меня сочувствующе. – Что, ночка так себе выдалась?

Я успел только войти в дверь кафешки, а она уже накинулась на меня с расспросами. Кажется, вчера мы успели познакомиться, но имя ее я, конечно, забыл.

Как и сам факт ее существования. Пока тяжеленые ноги несли меня к «Мистеру Картофелю» я только и представлял, что проведу первые полчаса смены в блаженном одиночестве и тишине. Но закуток кафешки уже кишел народом – повар раскладывал по судкам начинки, толстый менеджер задумчиво заполнял кипу бумажек, а вот девица шаталась без дела, ожидая первых посетителей. Ей было скучно. И тут пришел я.

– Савельев! – Она больно ущипнула меня за плечо. – Просыпайся давай!

На плоской груди болтался кривоватый бейджик «Зоя, ваш любимый официант», и россыпь значков.

Девица проследила за моим взглядом и расплылась в довольной улыбке.

– Я только днем в этой дыре тусуюсь, а вечером у меня во Фрайдисе смена, там классно вообще.

Я поспешно кивнул, вдаваться в подробности и объяснять, что ни о каком Фрайдисе я не слышал, мне не хотелось. Прилипчивая Зоя начинала раздражать.

– Жрать хочешь, не? – спросила она и тут же заработала пару очков в моем личном топе.

 – К Ильичу сходи. К повару нашему, чего тормозок такой? – Развернулась, обдав меня волной приторного парфюма, и ускакала к кассе, донимать менеджера.

Ильич – бородатый, здоровенный мужик в заляпанном фартуке, протянул мне подгоревшую с одного бока картофелину, полил маслом, швырнул на нее шарик ветчины с сыром и отвернулся. Все это молча. Он определенно мне нравился. Пока я ел, менеджер закончил с бумажками и начал обход зала. Когда он добрался-таки до меня, картошка успела закончится, а фольгу из-под нее я скомкал и бросил в мусорку.

– Так. – Толстое пузо всколыхнулось, бейджик на увесистой груди сообщал, что менеджера зовут Максимом. – Подмети у входа и туалеты проверь, чтобы бумага была в каждой кабинке, понял?

Я кивнул.

– А еще столы. – От последнего слова я вздрогнул. – Да, столы протри. Если будут липкие – вылетишь отсюда.

Снова кивок, потупленный взгляд, мол, все понял, слушаюсь и повинуюсь.