33 удовольствия

«В миокарде выявлены контрактурные повреждения… волнообразная деформация… диссоциация кардиомиоцитов… В синоатриальном и предсердно-желудочковых узлах сердца наблюдалось высокое содержание адреналинпозитивных клеток… В надпочечниках наблюдалось высокое содержание адреналинопозитивных клеток…»

Следователь смотрел на Глухова спокойно и с сочувствием.

– Тело можно забрать из морга и заниматься похоронами.

– Да… конечно. Есть ли у вас полное описание тела… как это называется? Где описаны все повреждения, ссадины…

Красильников вздохнул и сказал с неодобрением:

– Зачем вам это, Назар Матвеевич? Не надо играть в детектива.

– Я не собираюсь ни в кого играть.

Капитан мельком взглянул на бумаги, вытащил один листок и подал Назару.

– Можно мне оставить его себе?

– Вам, как родственнику, заключение будет отправлено на электронную почту.

– А если появятся улики, откроете дело?

– Возбудите, – машинально поправил Красильников. – Разумеется, если улики появятся.

– А отпечатки пальцев на шлеме? – вспомнил Назар.

– Только Андрея.

– Понятно. Спасибо.

Глухов попрощался и вышел.

Легко капитану говорить: не вмешивайтесь. Взять и смириться с убийством брата? Назар не сомневался, был убеждён, что Андрея убили.

Ещё предстояло пережить тяжёлые похороны. Не бывает лёгких похорон, терять близких всегда страшно и больно, но… Легче смириться с утратой столетнего дедушки, чем со смертью молодого брата, которому жить бы да жить.

В морге Андрея забальзамировали и загримировали, одели в костюм и туфли. Брат лежал в гробу со спокойным лицом, а Назар всё не мог забыть вытаращенные глаза и открытый рот.

Играла негромкая печальная музыка Шопена. Как много людей пришли проститься с Андреем! Родственники, друзья, коллеги-журналисты… К Назару подошёл молодой человек в строгом костюме, гладко причёсанный, с маленькой и аккуратной бородкой.

– Назар Матвеевич, примите соболезнования.

– Да-да… спасибо.

Он отошёл в сторону, и Назар не вдруг вспомнил, что это оператор Максим Белоусов, с которым Андрей работал несколько лет. Без привычной камеры и не узнал…

Мать страшно кричала, обнимала полированный гроб. Медики вкололи ей успокоительное. Отец держался, трясущейся рукой поглаживал её по плечу.

«Не верю в сердечный приступ, – подумал Назар, – обещаю, я найду того, кто убил Андрея».