Путь подкидышей. Книга первая. Грош

Один раз тошнотворный бред пронзила резкая сирена патруля, тогда его куда-то толкнули, он, кажется, упал и снова провалился. Один раз он увидел звезды и хотел взлететь, но не смог и завыл.

– Во плющит беднягу!.. Чисто волк, – сказал грубый голос над головой, а другой, нежный, смутно знакомый, встревоженно перебил:

– Давай скорее, Гоббс… Услышат. Заткни ему рот.

Дальше была сплошная тьма, и окончательно Грош пришел в себя только дома, в собственной постели. Он открыл глаза, увидел серый квадрат рассветного окна, знакомый силуэт матери на его фоне, вздохнул, успокоенно закрыл глаза и уснул.

Глава 6

– Может, не пойдешь сегодня в колледж?

Магда робко смотрела на сына, вытирая передником совершенно сухие руки.

–Ты вчера… тебе вчера…

Грош отхлебнул еще кофе, и почувствовал, что головная боль, с которой он проснулся, немного отступила.

– Нет, мам, я пойду. Я в полном порядке.

Чтобы ее успокоить, он ковырнул вилкой яичницу и сделал вид, что ест. Магда отвела глаза. Грош старательно размазывал желток по тарелке.

– Мам… кто меня вчера… ну, привел?

Мать всхлипнула и поспешно закрыла рот ладонью.

– Какие-то бандиты, сынок. Ну, натуральные бандиты, бычьё. Сказали – во дворе нашли. Один… один совсем страшный, бритый налысо, представляешь? Весь в коже. У второго шрам вот тут, – она прикоснулась пальцем к подбородку и горестно посмотрела на сына. – И штаны такие… пятнистые, как у рейнджеров. Я чуть со страху не умерла. Думала – это они тебя…

Грош покачал головой и отложил вилку.

– Да нет… меня приступ скрутил. Ты бы налила мне отвар во фляжку, чтобы с собой носить. Ну, так. На всякий случай.

У матери задрожали губы, но она ничего не возразила, отвернулась к холодильнику, достала бутылку.

– Может, подождешь, пока я свежий заварю?..

Грош взглянул на часы.

– Нет, мам, опаздываю. Давай какой есть. И еще, мам… – он помялся, отвел глаза. – Я хотел спросить. Эти бандиты… они были одни?.. Ну, барышни с ними не было? Такой… приличной барышни. Рыжеватой типа такой.

Магда на секунду замерла, отвар плеснулся мимо горлышка фляжки.

– Нет, сынок. Никакой барышни не было. Только двое быков. Они мне еще помыть тебя помогли, представляешь, Грошик? Ты же был грязный весь, как будто в угольной яме валялся. Этот, кожаный, сам предложил. Давайте, говорит, кайне, мы вам его помоем, как, говорит, такого в чистую постель класть…

Грош поморщился от стыда и взял у нее фляжку, засунул под ремень.

– Ладно, ма, я пошел. Пока.