Путь подкидышей. Книга первая. Грош

Когда-то Грош даже вырезал портрет одной такой из глянцевого журнала – его оставила маме клиентка – и повесил на стенку у себя в спальне. Мама ничего не сказала, но он видел, что ей это не особенно понравилось. Она считала, что Грош должен держаться своего круга. Смешно. Можно подумать, у него могло быть что-то общее с той лордессой… Просто картинка красивая.

– Зачитался? – Мотыль поставил перед ним поднос с исходящей паром чашкой чаю и вазочкой варенья. – Что там пишут? Опять про космических рейнджеров и мега-бомбу?

– До бомбы не дошел пока, – Грош пригубил чашку, обжегся и полез в карман.

 – Вот тебе твои чаевые.

– Да брось ты! Я ж пошутил, – Мотыль засмеялся и чистенький квотер не взял. – Всех денег все равно не заработаешь, а мы с тобой напарники. Лучше лишний раз той рыженькой позвони, которая вчера тут за тебя беспокоилась. Приятная барышня, простая такая, не то что эти лахудры, – он кивнул на портрет Кристианы О Мэй на газетном листе.

Грош почувствовал, что краснеет.

– Беспокоилась, э?.. – спросил он тупо.

– Да уж прямо чуть не плакала, – Мотыль опять подмигнул. – Ладно, ты обсыхай, а у меня клиенты. Байя, Купер.

Он умчался обслуживать пожилую пару, усевшуюся за столик в глубине зала, а Грош подул на чай и невидящим взглядом уставился в газету.

Беспокоилась она, надо же. Он помнил вчерашние события довольно смутно, но голос, зовущий «Грош, Грош!..», ведь не приснился же ему?.. А может, почудилось. В приступе, в бреду чего только не почудится.

Вот интересно, с какой стати мне должен чудиться ее голос? – одернул он себя. – Тоже мне, принцесса. Рыжая. Интересно, как ее зовут?..

Грош зачерпнул варенья и сунул в рот ложку. Какая мне разница, как ее зовут. Барышня и барышня, ничего особенного, таких в каждой гимназии пруд пруди. Он вытянул губы трубочкой и подул на чай. Осторожно отхлебнул. Здорово. Надо и домой хоть иногда чай покупать, а то все кофе да кофе…

Он похлопал себя по карманам. Чайная лавка через дорогу.

Зайти, что ли? Грош покосился в окно. Дождь не кончался. Надо было плащ надеть, тот, резиновый. Убожество, конечно, но кому какое дело, если дождь? Не всем же в дождевиках от Лори красоваться. Он допил чай и потрогал волосы. Волосы еще не просохли, да и в башмаках хлюпало. Вот будет красота, если он таки заболеет. Станет целыми днями валяться в кровати, пить чай с малиновым вареньем и читать «Серебряных братьев», или «Крысолова», или «Принцессу и оборотня».