Игра на жизнь

Я вернусь через год или два и решу, стоит ли тебе помогать.

Контуры тела мужчины дрогнули, стремительно тая в воздухе.

Будто специально дожидавшаяся его исчезновения Дейра возникла на пороге храма.

– Что случилось? – встревоженно спросила она.

Промолчала, продолжая смотреть туда, где только что стоял неизвестный. Колдун ли? Меня не покидала навязчивая мысль, что я действительно беседовала с богом.

* * *

– Я не выйду за вас замуж.

Понятия не имею, сколько раз нужно повторить это Фарнафу, чтобы он наконец понял.

С моменты кончины отца минул год, и весь этот год кузен донимал меня предложениями руки без сердца.

– Но Верховный совет полагает…

– Вот пусть Верховный совет на вас и женится. Или выйдет за вас замуж – не знаю, как тут правильнее.

Не успела я вернуться с конной прогулки, как ко мне пожаловал кузен. Выгнал служанку и завел старую песню.

– Правильнее было бы выполнить предсмертную волю вашего отца.

Фарнаф развалился в кресле, закинув ногу на ногу.

В моем кресле, между прочим, в моей спальне. А я стояла перед ним, словно провинившаяся воспитанница, не успев переодеться, сжимая в руке хлыст. Так хотелось отлупить им кузена! Но до поры я держала лицо, хотя мой оскал в тридцать два зуба сложно было принять за приветливую улыбку.

– Я не выйду за вас замуж, – словно механическая шкатулка, повторила я и швырнула хлыст на постель.

Следом полетела шляпка с вуалеткой – неудобная, вечно слетавшая с головы вещица, которую приходилось носить из-за статуса.

Шурша ассиметричной юбкой амазонки – на людях мне приходилось ездить в дамском седле, которое изобрел мечтавший скорее овдоветь женоненавистник, – прошла к туалетному столику и устало плюхнулась на мягкий пуфик. Краситься я не собиралась, просто хотела сесть. Не на кровать же! Этак Фарнаф решит, будто я сразу предлагаю вступить в супружеские отношения.

Голова гудела.

У меня час свободного времени, всего час, неужели нельзя оставить меня в покое?

Наивная, два года назад я полагала, будто вопрос с замужеством решен.

Сорвалась помолвка, сказала наедине кузену «нет», и свободна. Как же! Сначала сестра, потом тетка-герцогиня, теперь Фарнаф… Потом что, делегацию Верховного совета пришлют, официальным указом обяжут?

Кто бы сомневался, единолично править Алхене не позволили. Для порядка сослались на ее слабое здоровье и быстро образовали совещательный орган из цвета нации.