Магов не предлагать!

Размеры камина впечатляли, а пустой ныне вертел свидетельствовал, что тут иногда готовили. Наверняка кабанов, остальное несолидно. Камин огромный, я могла бы спокойно лечь и вытянуть ноги.

Весело потрескивал огонь, прогоняя долетавшую с улицы свежесть летней ночи. Странно, отчего у них так холодно? Днем печет, а вечером хочется накинуть куртку.

Заметив меня, барон лениво махнул. Не веря собственному счастью, подошла. Садиться побоялась: он – аристократ, маг, я – никто.

Антрей щелкнул пальцами, и к нему подлетела одна из подавальщиц.

Что он ей приказал, не знаю, но через пару минут на столе возникла тарелка с наваристой похлебкой. Даже кусок мяса имелся. Похлебка чуть поостыла, но с голодухи я почти не обратила на это внимания. Отсутствие приборов тоже не смутило, пила через край. Не хватало специй, хлеб жестковат, но с удовольствием вылизала бы глиняную тарелку, так есть хотелось. Разумеется, не стала, а то барон вышвырнет на улицу, как собачонку. Он пристально наблюдал за каждым движением. Сначала смущалась, потом перестала замечать.

В качестве десерта принесли кувшин со странной жидкостью, напоминавшей перебродивший компот. Выпила и поблагодарила за еду, хотя никто не поймет.

Антрей ужинал иначе: степенно, важно, хотя тоже руками. Что поделаешь, не придумали вилок. Зато ножом и ложкой дворянин орудовал ловко. Аппетит у него оказался неаристократический. Барон умял сначала свиные ребрышки с подливой, затем принялся за мясо в ягодном соусе, которое подавали с чем-то вроде разваренной репы.

Запивал все не вином – сидром, который я узнала по запаху и цвету.

Наконец Антрей вытер губы скатертью – нам единственным ее постелили – и заговорил впервые за время ужина. Судя по тону, задавал вопросы. Напрягала память, пыталась расфокусировать сознание, но слова по-прежнему оставались абракадаброй. Очевидно, организм мобилизовал ресурсы только в стрессовой ситуации, а в обыденной упорно не желал вспоминать сакральные знания.

Во всяком случае, прежние озарения приходили под руку с сердцебиением и страхом.

Убедившись, что я хлопаю глазами и ничего не понимаю, барон выругался и встал. В нерешительности поднялась следом. Как спросить, где я сегодня ночую? Однако задавать вопрос не потребовалось, барон потащил к лестнице. За ужин не заплатил. Упиралась. Не люблю, когда незнакомый мужчина ведет неведомо куда неведомо зачем. Еще и языковой барьер.