Огонь посредине зимы

Как низко пала Лотта, и все лишь бы стать графиней, в качестве жены посла уехать в Иландрию! Как легко, без тени стыда оголилась! Оставалось только снять панталоны и раздвинуть ноги – вылитая уличная девка. И кто, дочка фон Эрде!

– Кому можно доверять, если даже близкие и былые друзья предают! – в сердцах вопросил Рудольф мироздание.

Уехать, уехать немедленно! В пику всем жениться на самой неприметной, бедной «серой мыши»…

– Ай!

Испуганный женский крик вспышкой молнии ворвался в сознание.

Рудольф инстинктивно натянул поводья, подняв коня на дыбы. Тот заржал, слишком сильно отклонился назад, только чудом не упал, не придавил собой седока.

На мостовой лежала девушка. Сначала Рудольфу почудилось, он убил ее, но вот она застонала, открыла зажмуренные от ужаса глаза. Пошевелившись, девушка сцедила воздух сквозь плотно сжатые зубы и аккуратно коснулась лодыжки. Юбка задралась, обнажив спущенный дешевый чулок. Словно завороженный, Рудольф смотрел на оголенную полоску кожи, а потом сообразил, что его конь все еще балансирует на двух ногах.

Он аккуратно опустил его на мостовую подле девушки. Ей повезло, еще бы мгновение!..

– Осторожнее надо быть! – сердито буркнул Рудольф, хотя злился он больше на себя, не на нее.

– Я поскользнулась. Там лед.

Девушка указала на тротуар. Он действительно обледенел, вдобавок в этом месте устроили скос, чтобы экипажам было удобнее выезжать из ворот.

Очевидно, девушка не удержалась, съехала на мостовую и упала. Об этом свидетельствовала ее поза: она лежала поперек дороги, ногами касаясь бордюрного камня.

Симпатичная, молодая, не старше Евгении. А еще… Он глазам своим не поверил, на незнакомке было свадебное платье!

– Вы сбежали с собственной свадьбы?

Любопытство заставило Рудольфа спешиться, на время забыть о пережитом унижении. Не каждый день под копыта его коня кидались невесты!

– Мм… Нет, – с легкой запинкой ответила девушка и испуганно оглянулась, будто опасалась преследования.

– Вы повредили ногу при падении?

Рудольф указал рукоятью хлыста на ее лодыжку.

– Да, то есть нет. Все в порядке!

Девушка торопливо подтянула чулок и одернула юбки. На ее щеках проступил румянец, настоящий, не наигранный.

«Она не палаэри, – сходу определил Рудольф. – Даже не полукровка». Раз так, следует попрощаться и продолжить путь.