Сбежать нельзя любить

Мной снова овладел страх. Нет, баронет Феммор не отрастил крылья, не плевался ядом, даже не освоил метание молний. Роста тоже остался прежнего, на пол-ладони ниже Эрика. Ни отряда суровых телохранителей за спиной, ни короны на голове – батюшке этого не требовалось. Достаточно было его присутствия, чтобы фантазия и чувство вины (неприятно признавать, но я действительно заставила родителей волноваться) вынудили сердце биться где-то в желудке.

Отец явился на бал с дороги, не успев переодеться. Забрызганные грязью высокие сапоги и полы плаща сомнительной чистоты диссонировали с нарядами местных модников.

Прибавьте к этому насупленные брови, квадратную челюсть и недобрый прищур – получите идеального бандита. Гости старались держаться от него подальше. Словно море во время отлива, они отхлынули от дверей, разбились на группки и испуганно перешептывались. Кое-кто предпочел и вовсе сбежать через заднюю часть дома. Одна Элеонора не спасовала. С величием королевы она направилась к незваному гостю и потребовала объясниться.

– Вы ворвались в чужой благородный дом. Тут офицеры, одно мое слово – и вас выставят вон, – пригрозила она.

Вот тебе и вдова личного дворянина! Даже отец опешил от такого напора. Правда, быстро спохватился и, сменив выражение лица на благожелательное, потянулся к руке хозяйки дома. Теперь в замешательство пришла Элеонора. Судя по румянцу на ее щеках, рук ей давно не целовали.

– Прошу покорнейше простить, миледи. Я ни в коей мере не хотел мешать вашему увеселению. Позвольте представиться: сэр Энтони Феммор, баронет, отец вот той, – он кивнул в мою сторону, – беглой невесты.

Желание слиться со стеной, а еще лучше – провалиться сквозь пол стало нестерпимым. Покусывая губы, я каким-то чудом сохраняла внешнее спокойствие.

Вот уж Натан порадовался! Наверняка сто раз поздравил себя с прозорливым отказом. Куда он, к слову, подевался, почему не спешит обеспечить баронету ночлег и одолжить лошадей для транспортировки беглянки в столицу?

Повертев головой, убедилась, несостоявшийся жених пропал.

Только что дулся в углу вместо того, чтобы танцевать, и испарился. Не иначе, бегал отцу дорогу показывать, предводитель дворянства хренов! Ведь если не подсуетится, не сплавит меня Ричарду, брекенские свахи не отвяжутся. Они упорные, по себе знаю. Ты их за дверь, а они – в окно.

Злость помогла встряхнуться. Я больше не ощущала себя загнанным в угол зверем.

Отец напрасно старается, я никуда не поеду. Потребуется, устрою очередной скандал.