Шелковая лента

Выбирай: отдашься добровольно, или я возьму тебя силой. И, заметь, буду в своем праве.

Виконт отпустил жену и потянулся к шнуровке платья. Стефания отшатнулась и, не удержав равновесия, упала на покрывало. Муж лег рядом и, усмехаясь, быстро расшнуровал лиф. От ее теплых ладоней на корсете сердце Стефании забилось пойманной птичкой.

– Какие аппетитные фрукты растут в саду Эверинов!

Пальцы Ноэля стиснули приподнятые шнуровкой полукружия. Раз, и он вытащил их и припал к соскам. Язык оплетал их, словно завязывал узлы на веревке, пальцы грубо потягивали и пощипывали.

– Ммм, не стоит прятать такой урожай, женушка!

Рот виконта накрыл одну из грудей, рука сжала вторую, начала месить, словно тесто.

– Ты ведь хочешь нравиться мужу?

Раз – и корсет с легким треском разошелся. Стефания опасалась, муж испортил его. Обидно! Хороший корсет дорого стоит, где виконтесса возьмет еще один? Безусловно, можно заказать новый, да и в сундуках найдется еще один, но каждый корсет подбирается под определенный наряд.

– Хочу, – обреченно признала поражение виконтесса.

Муж быстро стянул с нее платье и панталоны, оставив лишь чулки и пояс с подвязками. Стефания плотно сжала бедра. По коже бегали мурашки. Может, в спальне и темно, но она все равно голая, и ей безумно страшно.

Виконт уложил супругу на середину постели и избавился от штанов и чулок с подвязками.

Стефания сдавленно пискнула, когда губы коснулись шеи, а пальцы скользнули между ног, безжалостно раздвигая бедра.

– Да ладно тебе, второй раз не больно! – усмехнулся муж и прошелся носом по тяжко вздымавшей груди до живота.

Палец коснулся того, о чем порядочным девицам не полагалось знать, и погладил. – Ммм, какая у тебя атласная кожа! Так и тянет прямо сейчас распробовать, но ты ж у меня недотрога.

Придавив весом своего тела, Ноэль уткнулся лицом в волосы жены. Стефания не знала, куда деться от его языка, вертелась, ерзала – бесполезно. Виконт увлеченно продолжал, покусывая, и, наконец, занялся губами. Целовал он требовательно и взасос; язык вольготно обретался во рту Стефании.

Ее выворачивало от отвращения. Мнилось, еще минута, и выпитое за обедом вино попросится наружу, но Ноэлю наскучило старое занятие, и он перешел к новому. Теперь его интересовала грудь супруги, особенно соски.

«Господи, это мой муж, я должна его желать», – мысленно повторяла Стефания, стараясь унять волнами поднимавшийся из живота страх. Она даже робко коснулась затылка виконта, чуть подалась навстречу нему.