Волчья луна

Господин Бош невольно разбередил прошлое, напомнил о другом мужчине, который красиво ухаживал, а затем заставил бежать от себя на край света.

Гийом усмехнулся, но промолчал. Его поведение крайне не понравилось Шарлотте, хотя кто она такая, чтобы проявлять недовольство хозяином?

– Полагаю, вы не захотите обсуждать данный аспект своей жизни. – Владелец дома сел сам и неспешно разложил салфетку на коленях. – У всех есть свои тайны, пусть же они останутся таковыми, пока никому не мешают. Распорядитесь насчет лафита.

Девушка кивнула и позвонила в колокольчик. Рядом со странным работодателем ей тоже захотелось выпить, но экономке положено соблюдать умеренность во всем.

– Вы продрогли? – сделав глоток, Гийом вновь обратил внимание на новую прислугу.

Старая работала слаженно, быстро, избегая смотреть на хозяина. Похоже, его здесь боялись.

– Немного.

Шарлотта пока не определилась, как вести себя с господином Бошем, и выбрала лаконичность.

– Тогда выпейте со мной за компанию. Не беспокойтесь, – вновь странная улыбка, – нам не придется часто встречаться.

И успокойтесь, Шарлотта, вам ничего не грозит, вытащите палку, которую вы проглотили.

Девушка кивнула. Пусть думает, будто причина ее поведения – смущение. Еще слишком рано, чтобы успокоиться, увериться, что прошлое осталось позади.

Шарлотта никогда прежде не пробовала лафита: для семейства Хэмптон он был слишком дорог. Да и зачем пускать пыль в глаза, заказывая переложенные стружкой и папиросной бумагой бутылки, когда в лавке всегда можно по случаю приобрести молодое вино.

Пусть оно кисловато, не может похвастаться богатством вкусового букета, но кто бы мог его оценить? И матушка, и Иветта, их соседи и родственники привыкли к простой пище и простым напиткам, поэтому Шарлотта со смесью стеснения и нетерпения наблюдала за струящейся по стенкам бокала густой рубиновой жидкостью. Гийом налил ее сам, не стал звать служанку. В отличие от Марты, Катарина за все время не проронила ни звука, не повела бровью и, если бы не веснушки и рыжие, гладко зачесанные под чепец волосы, казалась бы вылинявшей копией человека.

Просто смочить губы не удалось, под пристальным взглядом Гийома девушка сделала глоток.

– Оно теплое, – удивленно пробормотала она и запоздало сообразила, что в присутствии хозяина надлежало молчать.

Каждый помни свое место. Экономка – все равно прислуга, пусть даже ей дозволено есть за одним столом с господами.

Рука закрыла рот – глупая детская привычка.