Зачет по приворотам

Зря она не вскрыла письмо отца, выходит, там что-то важное. Но откуда лорд Отой мог знать о непонятном мужском голосе, о чужой воле, которая вчера парализовала ее тело? Дома с ней ничего такого не случалось, да и не могло случиться. Это все Бресдон с его призраками и зловещими туманами!

– Да вы не стойте, садитесь. – Голос ректора потеплел. – Может, кофе? Или предпочитаете чай?

Вконец растерянная Даниэль села. Стул еще хранил тепло тела де Грассе и, казалось, его запах – те самые травы. Девушка украдкой провела рукой по шершавой обивке.

Ей требовалось прийти в себя, вновь ощутить связь с реальностью, прикосновение к неровной текстуре блестяще справилось с поставленной задачей.

– Пожалуй, чаю, с молоком, – рассеянно ответила Даниэль.

Ей не терпелось вскрыть письмо, и леди Отой гадала, прилично ли сделать это в присутствии ректора.

Роберт кивнул, и через пару минут Аманда водрузила на стол поднос со всем необходимым.

– Я сам.

Лорд Уоррен пресек ее попытку налить в чай сливки и выпроводил секретаря вон.

Брови Даниэль поползли вверх, когда ректор, словно обходительный поклонник, взялся за щипцы для сахара и полюбопытствовал, сколько кусочков она предпочитает. Так мог бы поступить виконт Дигерти, но никак не руководитель академии.

– Я вас удивил, верно? – Роберт быстро управился со сливочником и, к облегчению девушки, вновь сел на место. – Полагаете, будто я сошел с ума? Возможно, письмо отца все прояснит. Прочитайте, после обсудим.

Гадая, какие такие общие дела могут связывать лорда Отоя и лорда Уоррена, девушка зашелестела бумагой.

Чем больше она вчитывалась в бисерный почерк отца, тем сильнее хотела скомкать письмо. Внутри клокотала обида. Даниэль не понимала, как родители могли столь подло поступить с ней. Они знали все с самого начала!

– У меня темный дар, – обреченно пробормотала леди Отой и положила письмо на стол. – Первое тестирование это тоже показало, но отец заплатил, чтобы результаты скрыли.

Она перебирала в памяти родственников и не могла найти того, кто наградил ее своеобразным подарком.

– Очень опасный темный дар, – подчеркнул ректор, будто хлестких слов привыкшего апеллировать к фактам лорда Отоя было мало.

Как там говорилось в письме? С каждым годом Даниэль станет труднее контролировать дар, и в конце Тьма поглотит ее, превратит в подобие урожденной. Отец надеялся, учеба на целителя выправит вектор магического дара, поэтому согласился отдать дочь в колледж, но ошибся.