Я вам не ведьма

Вот ведь люди! Ведьма – фу, а как маг, пожалуйста, почетное место под гранитной плитой.

Я ощущала себя актрисой на детском утреннике, которая не определилась, кого именно играет: фею или капусту. Несмотря на прохладу внутри собора, я прела во множестве того, что пришлось напялить ради парадного выхода. Аксель настоял, чтобы я взяла бархатное распашное платье, и теперь его длинный подол волочился по полу, собирая мусор. Расточительство сероглазого объяснялось просто – он собирался представить меня как любовницу.

Былые амбиции не позволяли Акселю расстаться с золотым и серебряным шитьем, мне полагалось соответствовать.

Разумеется, подобные наряды шили, а не продавали на рынке. Сначала полагалось купить по отдельности отрез ткани, кружево, жемчуга, канитель – словом, по кускам собрать будущий наряд, чтобы потом передать портному. Стоило это баснословно дорого, я нашла бы лучшее применение тому соверену и сорока грошам, но Акселю виднее. Хочет куклу, пусть получает, лишь бы под юбку не лез.

Жутко хотелось приподнять головной убор в форме перевернутого пожарного ведра и почесать голову. Это же пыточный аппарат! Мало того, что за все цепляется, так в нем мигом покрываешься потом. Чтобы не падала, конструкцию из условного ведра и хвоста плотной вуали намертво привязывали к голове лентами под подбородком. Воистину, красота требовала жертв!

Я гордо вышагивала под руку с Акселем, улыбаясь тем, кому улыбался он, и тайком разглядывая местную публику. Как везде, тут царило социальное неравенство.

Как бы ни наряжалась простые работяги, их белые чепцы и добротные камзолы не шли ни в какое сравнение с тем, что надели на праздничную службу представители первого и верхушки второго сословия. Да и сидеть им полагалось в разных местах. Ида и вовсе осталась стоять у двери – место слуг там или на галерее. Скамейки для лавочников, пекарей и прочих, а нам с Акселем предстояло занять ВИП-кресла.

– Что бы ни случилось, молчи! – шепотом наставлял сероглазый.

 – От любовницы ума не требуется. Смотри скромно, лучше в пол. Окликнут, не оборачивайся. Обязательно к божественному лику с обеих сторон приложись. У мужской половины к руке, у женской – к животу. После коснись пальцами губ и размажь благословение по лицу.

– А сколькими пальцами? – на всякий случай уточнила я.

Не хочу угодить в местные раскольники.

Оказалось, неважно, хоть всей пятерней.

За разговорами мы добрались до мест для именитых прихожан.