Поиграем?

Не смотря на взгляды своей семьи, она была очень далека от всяких православных традиций, типа празднования Пасхи или Радоницы[1 - Ра?доница – день первого после Пасхи общецерковного поминовения усопших. В Русской православной церкви отмечается во вторник после Фомина воскресенья, на второй неделе после Пасхи.]. Кристина не понимала, почему для того чтобы вспомнить усопшего она должна ориентироваться не на собственные ощущения, а на день в календаре. Она может помнить и скорбеть по ним каждый день, но почему-то должна делать это только в какой-то там по счету вторник после какого-то по счету воскресенья.

А что ей запретит приехать на могилу раньше? Или на неделю позже? Или в принципе, навещать её каждую неделю? Это не по-христиански? Это нарушает покой усопшего? Все эти россказни всегда были Кристине чужды и вызывали волну негодования.

В текущей ситуации её угнетали не столько необходимость следовать устаревшей традиции, многие аспекты которой большинство даже не понимает, сколько отведенная ей роль.

Кристина была настолько морально истощена, что больше не способна была выслушивать от каждого слова соболезнований или мнимой поддержки. Никаких в мире слов не будет достаточно, чтобы заглушить боль от потери ребёнка, а слушать их было невыносимо. Кристине хотелось сбежать лишь бы в очередной раз не читать в глазах людей выражение скорби и не слышать от них стандартное «Соболезную». Это не помогает! Это только лишний раз напоминает тебе о твоей утрате.

Она с трудом пережила этот вечер и, вернувшись домой с облегчением выдохнула, обрадовавшись, что день, наконец, закончился.

Вряд ли завтрашний будет лучше, но ей хотя бы не придётся отвечать на миллионы вопросов и пытаться делать вид, что она справляется. Потому что это было далеко не так.

?      Как ты, милая? – спросила мама, которая решила не оставлять Кристину в такой день одну, поскольку Кирилл, её муж, поехал ночевать к своим родителям.

У Кристины больше не было сил притворяться. Она опустилась на диван и в отчаянии воскликнула, смахивая с лица струящиеся слезы:

?      Я не понимаю! Я не понимаю, почему это произошло?! Почему с ней?! Это… Я отказываюсь это понимать, – обречённо произнесла Кристина.

?      Доченька, смерть никогда невозможно понять или объяснить. Любое объяснение будет считаться недостаточным. Но нужно верить, что она не напрасна, – сказала мама, положив руку дочери на плечо. – На всё есть причина, – тихо, но твёрдо добавила она.