Гиблое место. Третья остановка в Бесконечности

Я как раз восстанавливался после перелёта и литрами пил раствор кальция, поэтому, не дожидаясь приглашения, достал свою бутыль и отхлебнул прямо из горлышка. Беримир предусмотрительно выставил бокал для меня в первую очередь, потом вручил каждому по стакану.

– За знакомство, Ян! – мои новые знакомые подняли стаканы.

– Простите, я после полётов не пью – здоровье попровляю.

– Похвально! Но это не алкоголь, попробуйте! Ручаюсь, Вам понравится, – Беримир через чур игриво подмигнул мне и залпом осушил стакан.

Я осторожно пригубил странную жидкость. К счастью, это оказался безобидный травяной сок.

– Беримир, Вы наверняка неплохо знаете людей из вашей общины… Что объединяет их? Что заставляет жить вместе? Есть ли в общине распри?

– Давайте начнём не с распрей… Думаю, людей в любой общине сплачивает желание быть сильнее, жить спокойнее, основательнее…

– Мне всегда казалось, что в другие миры отправляются авантюристы, жаждущие перемен…

– Видите ли… Когда люди говорят, что хотят перемен, они отчаянно жаждут одного – стабильности.

Человек принимается крушить всё вокруг лишь по одной причине – ему до смерти надоела неразбериха. Он способен сделать свою жизнь несносной ради покоя… Я это точно знаю – сам такой. Я отправился сюда в надежде обрести твёрдую почву, а в итоге каждый день балансирую на грани…

– Что Вы имеете в виду? Здесь так опасно?

Беримир смутился.

– Нет, дело не в опасности… Как Вам объяснить… Общину терзают противоречия, между нашими людьми нет ничего общего кроме вынужденной эмиграции… Многие приехали сюда на последние деньги, а получили скудную жизнь и чуждый уклад.

– Ведь никто не обещал им, что они будут жить во дворце!

– Да, но люди хотели обрести уверенность в будущем, а получили новые поводы для волнения. Каждому грезилась Новая Земля, как решение всех проблем, прибежище, приют, а на деле… Мы даже с моим дорогим другом Свенельдом расходимся в пустяках. Он видит Новую Землю образцовой индустрией, я – тихой деревенской провинцией.

– Замшелой землянкой в чащобе, – буркнул Свен в стакан.

– А Вы кто по профессии? – решил я поинтересоваться.

– Этнограф. Я уже два года документирую жизнь общины и когда-нибудь опубликую свой труд.

– Значит, Вы полагаете, что в общине все друг друга мягко сказать недолюбливают?

– Я бы не делал таких выводов. Спасение есть, оно заложено в нас самих, в единой крови.