Кабервинд

– Ладно, располагайтесь, а я сейчас подойду, – сказала Офелия и направилась в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.

Вероника, все еще рассматривая необычные волосы малышки, отправилась к диванчику, стоящему в кухне. Тетушка Берти последовала за ней, но присев, она вдруг подпрыгнула и поспешила к печке.

– Ух, сколько ей говорила, а она все забывает, – ворчала мама Офелии, задвигая отверстие в печке тяжелой металлической заслонкой, – они же ловят каждое наше слово.

– Кто? – не поняла Ника.

– Голуби.

Эти летающие крысы разносят сплетни по всему городу, а потом невиновные подвергаются наказанию!

– У вас в городе и птицы умеют говорить?

– Ахахаха. К счастью до такого пока еще не дошло, – захохотала тетушка Берти, а к ней мигом присоединилась Мирандолина.

– Но как тогда…

– Голуби лишь подслушивают. А разведав что-нибудь необычное, они тут же летят в дом Хинсби. Там живут брат и сестра, Эрик и Клер, которые единственные в Кабервинде понимают, о чем воркуют голуби.

Многие годы они использовали свой дар во благо. Каждую неделю выпускали газету с важными новостями для жителей города. Но однажды объявилась леди Кэтрин, ну очень неприятная особа. Она скупила в нашем городе все. И отныне Клер Хинсби работает на нее. Она докладывает ей обо всем, что узнает от голубей, а леди Кэтрин беспощадно заключает провинившихся по ее мнению граждан в замок Кабертольфа – закончила свой рассказ тетушка Берти.

– Кака, – уверенно произнесла Мирандолина, и ее волосы вдруг посинели.

– Правильно, милая, – улыбнулась ее бабушка.

– Это та леди Кэтрин, которая держит в замке мужа Офелии? – уточнила Ника.

– Да. Это по ее милости Мирандолина растет без отца. Ладно, не будем о грустном – сказала тетушка Берти, услышав приближающиеся шаги.

В кухню вошла Офелия. В ее руках был детский деревянный стульчик. Она поставила его возле стола, а затем посадила туда свою дочку. Мирандолина захлопала в ладоши, и ее волосы вновь приобрели светло-желтый оттенок.

– Ее любимый, – улыбнулась Офелия.

Это было не удивительно. От ножек до самого верха он был украшен нарисованными животными, птицами, растениями. Вероника, как и Мирандолина, не могла оторвать от него глаз.

– Какой красивый! – сказала Ника.

– Да. Это одна из лучших папиных работ, – подтвердила Офелия.

– Надо будет как-нибудь сводить тебя к нему в мастерскую, там много всего интересного. Кстати, Куб просил передать свои извинения.