На грани света и тени. Книга 1

– Кстати, ты уже выбрала наряд на благотворительный вечер к Акининым? – поинтересовалась Лена. – Нам с мамой начали шить платья. Ты же знаешь ее привередливость, она вечно не может найти в магазинах ничего, по ее словам, даже отдаленно сносного. Мое платье уже почти готово. Ой, девочки, вы бы умерли от зависти! Вельвет, кристаллы по линии выреза, просто сногсшибательный вырез, а по нижней кромке…

– Вот черт! – выругалась Стелла, давно переставшая слушать восторженные излияния Лены.

Она совершенно забыла об этом вечере, а ведь он приходился уже на эти выходные.

В выборе наряда Стелла была всецело человеком настроения, и сейчас ей хотелось чего-то дразняще-кокетливого, не слишком вычурного, но в то же время элегантного. А она, как ни старалась, не могла припомнить в своем гардеробе ничего похожего.

– Скажи Нику и, раз уж тебе так хочется, Вадиму тоже, что мы не идем на последние уроки. Отсидим английский и едем по магазинам. Я совершенно не представляю, что мне надеть.

– Ох, у меня и так куча пропусков, – захныкала Лена.

 – Еще парочка, и у меня будут большие проблемы.

– Ради бога, оставайся, – фыркнула Стелла. – И не забудь сделать конспект, раз уж ты решила превратиться в законченную заучку.

Лена только тяжело вздохнула. Она лучше бы вылетела со школы, чем пропустила шопинг.

– А парни нам зачем? – с сомнением спросила Яна Стеллу. – Они не будут мешать?

– Дорогая, ну что за архаизмы? Мир уже давно переменился. Сейчас парни разбираются в моде в разы лучше девушек.

И вообще, все знаменитые дизайнеры – мужчины.

– Ну да, только вот ты забыла упомянуть, что все они – геи, – насмешливо ответила Яна. – А наши парни вроде как не…

– Может, вы примете такое же активное участие и в нашей дискуссии, девушки? – голос Раисы Аркадьевны был таким ледяным, что где-то в Антарктиде явно образовалась парочка новых айсбергов. – Стелла, почему бы тебе не помочь Артему разрешить его затруднение с нахождением логарифма?

– Разумеется, Раиса Аркадьевна, – издевательски покорно ответила Стелла, скосив глаза на часы.

 – Ну конечно, я помогу Артему с его затруднением. А особенно, если он соблаговолит немного отойти, чтобы я поняла, в чем же оно заключается. Ах, нет, не помогло – что за кошмарный почерк! Я не могу понять, что в последней строчке – это все еще решение уравнения или у него соскользнула рука…

По классу пронесся сдавленный смех. Ноздри учительницы угрожающе раздулись. Она уже открыла рот, когда прозвенел звонок.