На грани света и тени. Книга 2

 – Посмотри, я выиграла огромного медведя! Ну и что, скажи на милость, мне с ним делать? Эй, детка! Хочешь мишку?

И Стелла отдала какой-то восторженно пискнувшей девочке выигранного плюшевого медведя.

– Ты прямо как фея! – закричала малышка Стелле, глядя на нее огромными, как блюдца, глазами. Вероника дерзнула предположить, что Стелла была тронута. Совсем немного.

Вскоре они уже прошли через все палатки с развлечениями. Стелла все больше и больше расслаблялась, проникаясь атмосферой праздничной феерии.

Буквально на глазах Вероники Стелла становилась все более живой и настоящей. Вероника никогда не думала, что увидит королеву школы такой: смеющейся, расслабленной, отбросившей свои обычные чинные повадки. Глаза Стеллы сияли восторгом и изумлением – кажется, она и сама не предполагала, что может получать удовольствие от вещей, стоимость которых не измеряется четырехзначными числами.

– Я жутко голодна! – прокричала на ухо Веронике Стелла. – От всей этой суеты у меня разыгрался аппетит.

– У меня тоже! – прокричала ей в ответ Вероника и потащила Стеллу к маленьким киоскам, от которых долетали аппетитные запахи жареной колбасы и карамели.

– Нет-нет, никаких хот-догов! – в ужасе воскликнула Стелла, поняв, куда Вероника ее ведет. – Тесто, сосиски, майонез…

Последнее слово она выплюнула словно ругательство.

– Никаких возражений! – отрезала Вероника. – Мир не рухнет, если ты хоть раз в жизни поешь что-то не зеленое и не напоминающее пищу для кроликов.

А через несколько секунд Стелла сначала с видимым отвращением, затем с изумлением, а потом все с большим воодушевлением уплетала хот-дог. Ее губы были перемазаны кетчупом и майонезом, и Вероника, улыбаясь, протянула ей салфетку.

– О, ну почему все калорийное такое потрясающе вкусное! – простонала Стелла, вытирая губы. – Вот уж правда, бог ужасно несправедлив, что лишает женщин удовольствия есть всякие вредности и не поправляться!

С хот-догами в руках они продвигались через площадь по направлению к сцене.

Там сейчас заливалась воплями какая-то полуобнаженная молодая певица, а весь первый ряд вокруг сцены состоял исключительно из разинувших рты мужчин.

– Ну что, не самый кошмарный вечер в твоей жизни? – спросила Вероника, когда у них над головой начали взрываться салюты. Сияющие всполохи расцветили бездонный бархат неба разноцветной паутиной, оттеснив своим великолепием робкие звезды.