Десять дней, девять ночей

Через пару дней, если будешь беречь ногу, все пройдет… Держи… – протягивает мне результаты обследования.

– Спасибо тебе огромное, Андрей! – я тоже решила перейти на "ты". – Ты мне очень помог, не знаю, как тебя благодарить.

Он, сладко улыбаясь, снова ощупывает взглядом мое тело, притормаживая сперва на губах, затем на груди… Его наглость вгоняет меня в краску, и, хоть я и смуглая, уверена, мое лицо сейчас цвета флага СССР.

– С кем ты здесь отдыхаешь, куколка?.. – тихо спрашивает  Андрей, заставляя мое сердце сделать кувырок.

– С подругой…– так же тихо отвечаю я.

– Я тебя подвезу… Пойдем… – с этими словами он аккуратно поднимает меня и, приобняв за талию, выводит на улицу.

Глава 12.

Назад мы едем молча. Я первой решаюсь прервать неловкую тишину.

– Андрей, я бы сама добралась… Ты и так сделал для меня больше, чем достаточно… Спасибо еще раз!

– Я не видел тебя в отеле, когда ты приехала? – уже второй раз он игнорирует мои попытки выразить благодарность.

– Сегодня… Мы остановились на вилле…

– Мигель… Кто он? – я не верю своим ушам и, хлопая глазами, просто таращусь прямо перед собой…

– Эээ… бойфренд моей подруги… Светы… – зачем он спросил? Я боюсь поверить в свою догадку, поэтому, чтобы скрыть волнение, зачем-то начинаю рыться в сумочке.

Скоро мы приезжаем, и я снова начинаю благодарить, а Андрей игнорить…

– Подожди, я помогу… – он обходит машину, открывает дверь и помогает мне выйти.

– Дальше я сама… – я вежливо улыбаюсь и, поднимая глаза, встречаюсь с его серым взглядом.

Теперь я точно понимаю смысл фразы "утонуть в глазах", потому что сейчас я тону… тону без шанса на спасение…  Тону в глазах и облаке его чисто мужского аромата. Наклонившись, он слегка касается подбородком моих волос.

– Пойдем… Катя…

Я повинуюсь его голосу… Даже если б сейчас он подвел меня к обрыву и предложил  спрыгнуть, я б сиганула за ним… То, как Андрей произносит мое имя, заставляет меня почувствовать себя шестнадцатилетней дурочкой на первом свидании.

Мы стоим на террасе виллы, я, прислонившись спиной к входной двери, он – непозволительно близко ко мне, опираясь одной рукой все в ту же дверь. Его  смуглая шея, резко контрастирующая с белоснежным воротником рубашки, всего в десяти сантиметрах от моего лица.