Легенда о розе. Цена предательства

Опустив подбородок, смотрит на меня исподлобья.

А я смотрю на него, оглушенная своей реакцией на увиденное.

Легонько шлепнув девку по заднице, Грозовой сгоняет ту со своих коленей. Она тут же пересаживается к Михаилу. Сам поднимается и, взяв со спинки дивана свою косуху, идет прямо на меня.

– Лева, че за х@йня?! – набрасывается на напарника.

Берет меня за плечо и грубо выталкивает в коридор.

– Не ори на него, – произношу сипло, – это я заставила.

– Заставила? Ты че, бл@ть, королева?

Внутри у меня что-то с треском ломается.

Я понимаю, что удерживать бурлящую в груди кислоту больше не в состоянии. Размахнувшись, бью его по лицу. Руку ломит от боли, а Алекс даже не шелохнулся, только в глазах вспыхивает адское пламя.

– Иди в машину, – велит Льву, глядя при этом в мое лицо.

Лева, будто только этого и ждал, моментально испаряется.

– Прости, что помешала, – цежу, складывая руки на груди.

– Что ты от меня хочешь?

Невольно отвожу взгляд. Вид сидящей на его коленях проститутки выбил из головы все мысли.

– Помоги его вытащить, – прошу тихо, – я заплачу.

Алекс тоже отворачивается, тяжело дыша, смотрит пустым взглядом в стену.

– Сколько? – спрашивает, наконец, – сколько ты готова за него заплатить?

– Назови сумму.

Он молчит. Пауза растягивается на несколько невыносимо долгих минут.

Я прикрываю глаза. Мне плохо. Каждый вдох, наполненный запахом его кожи, наполняет безумной болью.

– Поедем, – вздыхает Грозовой, – я тебя домой отвезу.

Глава 13.

– Ты поможешь? – спрашиваю, когда Алекс усаживается за руль своего внедорожника.

Игнорируя вопрос, он набирает Льва и по телефону дает указание следовать за нами второй машиной. После чего отключается и выезжает из подземного паркинга.

Положив голову на подголовник, незаметно на него смотрю. Спазм в горле не отпускает. За все время наших отношений, если можно их так назвать, я ни разу не допустила мысли, что он параллельно со мной может спать еще с кем-то.

Мы никогда этого не обсуждали, но мне казалось, что формат наших отношений подразумевал верность с его стороны. Что, если ему самому так не казалось, и свои нечастые выходные он проводил время с проститутками?

Пытаясь протолкнуть застрявший в глотке ком в желудок, тяжело сглатываю.

Но, как бы там ни было, выяснять отношения с ним сейчас я не собираюсь. Все кончено.

– Так поможешь или нет? – повторяю вопрос.

– Нет.